Так и происходит: она просто вздыхает, критикует меня взглядом и заканчивает этот бессмысленный допрос. Но Эми не Эми, если не сделает угрожающую точку:
— Учти, еще раз увижу, скажешь все, что только знаешь.
Я киваю, уверенная в том, что Алекс обязательно когда-нибудь еще раз попадется зоркой Эми на глаза. И что же я ей скажу? Конечно, это мое личное право — держать свою личную жизнь при себе, даже если на самом деле ее особо и нет. Но Эми моя подруга, мне и самой будет неловко, что я храню от нее тайны. Несомненно, она не будет устраивать скандалы просто из-за того, что я не хочу рассказывать о каком-то там мужчине — она не настолько сумасшедшая. Но обида в глубине ранимой души определенно будет терзать ее, чего бы мне не хотелось.
Но разве я могу сказать об Алексе? Конечно, нет. Хотя сказать, что этой мой друг — определенно могу.
— Эми, это просто мой друг. Пожалуйста, не надо меня с ним сватать и все такое. Он очень хороший, правда — милейшей души человек и очень важен для меня, — разрезаю я плотную тишину, решив не тянуть до последнего. В конце концов, я должна буду сказать об Алексе. Так пусть это будет сейчас и не так подозрительно.
Эми в каком-то сожалении дует губки, словно ожидала услышать историю о нереальной любви. Наверное, да. Она ожидала, что я тайно помолвлена с этим зеленоглазым красавчиком, у которого в кармане завалялась пара миллионов для меня. Прости, Эми, не сегодня.
— Слишком важен, раз ты так его скрываешь… Странно, что раньше его не видела, — задумывается она, спрятав взгляд где-то в потолке, видимо вспоминая.
Но ты не поверишь, Эми, как это бессмысленно.
— Потому что я знаю его еще с Портленда, — вру я. — Здесь он не так давно.
Господи, главное рассказать все Алексу и запомнить самой, что я придумала!
— Почему тогда не хочешь, чтобы я его знала?
— Скорее наоборот. Он такой занятой, что… В общем, не знаю, Эми. Это не тот человек, которого можно познакомить со всеми друзьями, — пожимаю плечами я, прекратив беседу уходом и оставив подругу с одинокими мыслями.
Теперь надо привести себя в порядок, чтобы этот Генри не убежал с воплями и криками из квартиры, которую Эми так бережно вымыла — даже шкафы блестят, словно все в лаке.
Я спешу в ванную, где принимаю контрастный душ, тем самым взбодрив свое похмельное тело и после еще раз окатив лицо ледяной водой. Это часто помогает мне прийти в норму — после тяжелого дня или веселого вечера. Была бы моя воля, я б послала этого Генри куда подальше, чтобы не повадно было ходить в чужие квартиры и смотреть на неряшливых подруг своей девушки. Но для Эми это важно, поэтому с сожалеющим выражением лица я слегка крашу ресницы черной тушью.
Выйдя из ванной, переодеваюсь в пижаму, которая выглядит как легкое прикрытие летним жарким вечером в Сиэтле. Услышав звонок в дверь, я вспоминаю про Алекса и начинаю размышлять, где же могла посеять бумажку с его номером… Ах да, абсолютно везде! Наверное, бессмысленно даже искать — легче дождаться его звонка.
Слышу громкий басистый голос. Кажется, его обладатель просто огромный, но внешность, как и голос — обманчивы, так что я не спешу делать выводы. Даже интересно посмотреть, какой он — идеальный мужчина Эмили? Может, у него длинные черные волосы и серьга в ухе? Или он как Кристиан Грей[1] — бизнесмен, который хранит у себя в квартире и душе много тайн? Или он весь в татуировках и зовет мою подругу «деткой»?
Я глубоко выдыхаю, смирив волнение внутри. Иногда так волнуюсь, словно каждый день ожидаю приезда самого президента. Но максимум, кого я могу ждать в гости, это счета за квартиру, которые приходят секунда в секунду.
Выхожу из своей комнаты, словно затворница из пещеры, и натягиваю приветственную улыбку — хотя бы сделаю вид, что рада видеть Генри.
В коридоре уверенно стоит мужчина не такой крупной комплекции, как мне казалось. Его обувь искусно отполирована и блестит, словно бриллиант. Одежда на нем дорогая — это точно. Генри умеет презентовать себя. Плюсом ко всему — к уверенности, его особенным мужским феромонам и еле заметной игривости — внешностью он тоже не обделен. Аккуратный нос, пухлые губы, которые бережно касаются розовой щеки Эми, и яркие глаза буквально заставляют влюбиться в них. Теперь ясно, чем подругу так зацепил этот мужчина.
Может, он бы и мог понравиться мне, но в чем загвоздка — он слишком старается показаться таким, каким я его увидела. И есть такое ощущение, что он не совсем такой…
— Добрый день! Я Венера Эстер, — громко говорю я, прервав долгое приветствие тех двоих. Хотя заметила, как Генри косился на меня до того, как я открыла рот.