Нильвия увлекается многим. И я дико горжусь тем, кем она является в этой жизни, потому что никогда прежде не видел в ней такого рвения, такой душевной силы, хотя она думает, что слаба. Но только мне известно, что внутри нее такое мужество, каким не обладает многие из добропорядочных джентльменов. Надеюсь, она раскроет это в себе — тогда ее душа обретет новую ступень для себя.
Но как бы я не хотел, каждую ее жизнь у нее лишь одна миссия, которая не обладает особой силой — особенно для этого мира. Ее миссия совсем не про карьеру или развитие, чего хотел бы я. Ее миссия более нежная и приземленная. Но о ней я никогда не скажу Нильвии — или другой ее реинкарнации. Ведь она даже в этом не нуждается, потому что каждую жизнь понимает это сама.
Вдруг я чувствую редкие капли на голове, руках и лице. Они теплые, что присуще летнему дождю, который так согревает душу. С каждым разом они становятся чаще и сильней, но я продолжаю стоять, наслаждаясь этим моментом. Для кого-то дождь — это мокро и неудобно. Но для меня дождь — это медитация, умиротворение. Я чувствую себя настоящим, когда капли падают с неба прямо на жалкое тело, омывая мою божественную душу. Для меня важен каждый такой момент, потому что не так часто я могу ощутить себя настоящим, живым и нужным этому миру. А когда мир дотрагивается до меня с помощью дождя, я растворяюсь и понимаю, что все не зря. Что мир принимает меня.
И кажется, Нильвия разделяет мое мнение, потому что встречает дождь, не скрываясь от него. Вижу, как она откладывает книгу – аккуратно, чтобы та не намокла. После поднимается, отряхнув платьице, которое часто задирается, нагло обнажая ее формы, которыми она обзавелась не так давно. Нильвия подставляет свое прекрасное личико небу, приветствующему ее так же страстно. Знаю, что она любит дождь, спасающий ее от тоски и мучений в собственном доме, который стал для нее клеткой.
Как бы я хотел забрать ее и жить вместе, в маленьком домике. Я бы делал для нее все, чтобы та жила в удовольствие. Но как жаль, что это лишь мечты, которым никогда не сбыться. Ее душа и моя несовместимы по природе. От этого хочется плакать — и как хорошо, что дождь скрывает все мои слезы.
Она всегда скрывается под дождем от проблем. А он их отважно забирает, принимая на себя всю боль. А это бывает часто. Ее семья — самые ужасные люди, которые пытаются выдать ее за богатенького дяденьку, готового обеспечить эту милую и красивую девушку. Конечно, им не плевать на свою дочь, но они делают все для того, чтобы она ненавидела их.
Однажды она даже убежала из дома, чуть не заблудившись в лесу, из которого я помог ей выйти, после чего стер память — и если честно, еле-еле смог сделать это, потому что так не хотел возвращать ту домой. Но она вернулась, получив от родителей синяки, после которых та не могла сидеть еще несколько дней. Они тираны, думающие, что для дочери это лучший исход. Лишь младший брат, Тимми, иногда в силах успокоить Нильвию, которая так доверяет ему. Но как жаль, что ему всего лишь десять и он никак не может повлиять на родителей.
Нильвия живет в клетке, где ей даже не позволяют развиваться. Даже читать для ее родителей это бессмысленная прихоть маленькой девочки. По их мнению, она должна думать только о замужестве. Хотя той не так давно исполнилось шестнадцать.
Мне жаль Нильвию, но это ее путь, — и я не имею права изменить это. Надеюсь, эта милая, невероятно талантливая девушка, которую я никогда не брошу, мучается не просто так. Надеюсь, ее ждет великое будущее — хотя бы как награждение за все пройденное. Хотя уверен, что это лишь малая часть…
Стою уже почти весь мокрый; наверняка мою белую рубашку уже можно выжимать, и, бьюсь об заклад, наберется целое ведро. Но знали бы все на планете, как мне плевать! Я готов вечно стоять посреди луга, недалеко от томно шумящей речки, за которой возвышается блуждающий лес, и смотреть на самую счастливую в моих глазах девушку, виднеющуюся на балкончике своего большого белого дома. Она радуется дождю, который для всех остальных обычных людей является лишь явлением, от него надо прятаться и бежать, иначе замочит все простыни на улице. Но эта девушка в белом платьице совсем не такая. Она другая. Она моя Нильвия, которую я так люблю.
Кажется, та даже не собирается уходить — готова, как и я, вечно сидеть на балкончике, пропустив даже ужин, который так ждала.
Поражаюсь ею! Уже в таком юном возрасте в обычных вещах она находит столь большие ценности, которые люди не находят даже в самых дорогих для них вещах. Эта девушка нереальна, потому что к своему нынешнему сознанию пришла сама. Кажется, даже мне не приходилось ее подталкивать. Все жизни буду поражаться Нильвией Касгард из Женевы.