— Давно не выходила на связь, — продолжает он, зайдя на порог, пока я борюсь с желанием выкинуть этот букет из окна. — Не отвечаешь на звонки, сообщения. Я подумал, что-то случилось.
Я стыдливо поджимаю губы. Конечно, я специально не беру! Но смелости сказать о том, что все кончено, у меня нет. И я не знаю, сколько еще буду оттягивать этот момент.
Роберт притягивает меня к себе и целует — я покорно отдаю ему свои губы. Внутри в этот момент кричу на себя, но снаружи лишь улыбаюсь, словно все нормально. Но ничего не нормально.
— Прости, Роб, я просто замоталась. Ну, знаешь, работа и все такое, — оправдываюсь я.
Роберт понимающе кивает. Боже, думала, что он достаточно умен, чтобы понять, что что-то не так. Но видимо, я переоценила его.
— Ну так что? Может, пойдем прогуляемся там… Поедим? — предлагает он.
Я голодна. Очень голодна. Но так же сильно я не могу терпеть его.
Но кажется, чувство голода и скуки намного сильней.
— Хорошо, подожди секунду, — улыбаюсь я и выключаю чайник. Кажется, я снова делаю неправильный выбор.
А вдруг мне нужно сделать что-то неправильное, чтобы потом прийти к правильному решению?
3 ГЛАВА
Хотя только сейчас я понимаю, что эта девушка на скамейке, широко расставившая ноги и не обращающая внимания на прохожих, которые осуждающе оглядываются на нее, — самая живая из всех.
Роберт привозит нас в небольшой ресторан, который находится не так уж и близко к моему дому, словно он специально отъехал подальше, чтобы я не сбежала. Честно, немного хочется.
В ресторане, который я прежде никогда не посещала, очень уютно и вкусно пахнет, хотя мне не нравится интерьер, словно тот называется «сборная солянка», потому что здесь есть все — от желтых кресел до черных и красных столов. Хотела бы я посмотреть в глаза того, кто это все создавал!
Но я решаю немного отвлечься от работы, которая делает глубокий отпечаток на моей жизни, и просто вкусно поесть, насладившись вечером. Хотя совсем забываю, что пришла сюда вместе с Робертом.
— У тебя сразу глаза заблестели, — улыбается он, когда я беру в руки меню и начинаю его изучать, облизывая губы, которые потрескались и теперь противно ноют.
Это что, был намек на то, что я люблю еду больше жизни?
— Я люблю еду больше жизни, забыл?
Роберт усмехается и повторяет мои действия. Хотя, кажется, он бывает здесь часто, потому что буквально за минуту пробегается глазами по названиям блюд и откладывает жесткий переплет, выжидающе смотря на меня.
А я все еще не могу решить, потому что на голодный желудок хочу все и сразу, как ни странно. Но все-таки поняв, что чем быстрей я сделаю заказ, тем быстрей мой желудок приблизится к ликованию, решаю:
— Давай кранч-картофель с курицей и салат «Осенний».
— И вино, — добавляет Роберт и встречается взглядом с официантом, который спешно подходит к нашему столику и внимательно с улыбкой запоминает заказ.
После тот уходит, оставляя меня с Робертом вместе с нависшей тишиной, которая так и просится затмить ее разговорами. И я знаю Роберта — он обязательно последует желанию поговорить со мной, хотя мне этого совсем не хочется. Но я знала, на что, черт возьми, иду.
— Как у тебя дела? Как работа? — наконец спрашивает он, снова посмотрев на меня таким пронзительным взглядом, отчего мне становится стыдно, что я позволяю себе обращаться так с ним. Но это всего лишь миг.
Он кладет свою руку на мою, наивно думая, что мне приятно. Но его рука ледяная, и я с огромным наслаждением убираю ее.
— Да все по-старому. Ничего нового.
— В последнее время ты так много работаешь. Наверняка что-то есть! — восклицает он, не веря мне.
Хотя стоит-то только поверить, что он совершенно не интересен мне.
«Признайся, слабачка!» — кричит мой внутренний голос, который я заглушаю. Он слишком мешает мне.
— Ну… Мама выбирает Саре подарок на день рождения. Она хочет подарить ей сумку из бутика.
Я ожидаю, что Роберт спросит, кто такая Сара. Но он слишком хорошо меня знает, что иногда даже пугает. Ведь я знаю о нем совсем немного, хотя тот рассказывает абсолютно все. И я давно перестала его слушать.
Вот и сейчас я спрашиваю, как у него дела, чтобы предупредить его жалкие попытки разговорить меня. Кажется, он рассказывает о проблемах на работе, с которыми прекрасно справляется. О родителях, которые снова сошли с ума и решили объездить всю Америку в автодоме. О ценах в магазине, которые растут как на дрожжах. И даже о собаке, которую он недавно водил к ветеринару, потому что она съела деталь от лего. Кажется… Я особо не слушаю, ведь наблюдаю за вечером Сиэтла за окном, стараясь подавлять желание убежать отсюда. Меня спасает лишь чувство голода.