- Маша, - он прищурил свои наглые глаза, и из-за пушистых черных ресниц синей радужки почти не стало видно, - Машенька, почему ты так злишься?
- Отстань, Сморчок.
- Ты ведь молодая девушка, я – парень. Все вполне естественно.
Он, явно понимая, что играет с огнем, осторожно взял меня за запястье, продолжающее вольготно лежать на его плече и приложил мою ладонь к своей щеке – гладкой, чисто выбритой, а потом заправил мне за ухо прядь коротких волос, не перстная лыбиться, как Чеширский Кот, почуявший валерьянку. Тут же его пальцы очень осторожно погладили мою щеку.
- Чего вытворяешь? – Спросила я мрачно, как гот, которого выгнали с кладбища, но который обещал вернуться в полночь и провести обряд вызова демонов, чтобы отомстить за оскорбление.
- Я же тебе нравлюсь? – Весело поинтересовался Денис, наклоняясь к моему уху.
- Если ты разденешься, я тебе это скажу, - совершенно искренне отвечала я.
- Вот как? Ты уже не против этого? Тогда мы… Таак… Что я делаю? - вдруг сказал он несколько озадаченно и убрал свои руки. – Вот что значит, когда долгое время нет девушки.
- Долгое – это сколько? – Поинтересовалась я, прежде чем помочь Дэйлу придти в себя с помощью немного грубой физической силы.
- Почти неделю.
Я от души дала ему шикарный подзатыльник, а потом по-мужски ткнула кулаком в грудь.
- Ты, сопляк! Мы пришли сюда за делом, а ты ведешь себя, как обкурившийся кретин. Идиот!!
- Да, точно, - не стал ругаться за подзатыльник парень, а на его лице появилась извиняющаяся улыбка, а из-за нее - милые ямочки на щеках. - Мы же партнеры. И у нас есть договор… Эй! – его взгляд вновь стал собранным. – Не обижайся! Это все гормоны, а я не монах.
- Ты - самоубийца, - подтвердила я презрительно. – Еще раз выкинешь подобные шуточки, я тебя заколю, - и для наглядного пособия вытащила из кармана лежавшей рядом со мной сумки на длинной лямке миниатюрный кинжал, выпрошенный у Федьки. Вообще-то кинжал был совсем не острым, декоративным и украшенным камнями, но Дэна он немного впечатлил, и парень, подняв кверху руки, пообещал, что этого больше не повторится. Чтобы не возвращаться к старому (доведения меня до белого каления), он в знак примирения сгонял за сладкой ватой, а потом вновь начал размышлять вслух о нашей сладкой парочке.
- Да, мой Чип, нам нужно немного подождать, пока Клара и Ольга пойдут в кафе. За ними «присматривает» Черри. Как только им надоест бродить, нам сообщат, я свяжусь с Аней, и мы своими глазами увидим падение вашего замечательного Никиты в глазах Ольги. Глядишь, партнер, они и расстанутся.
И он, состроив глупую физию, приложил указательный, средний и большой пальцы к губам, причмокнул и весело прокричал:
- Bellisimo!
- Ну-ну. Главное, чтобы «felicita» к нам не повернулась попой, - отозвалась я, вспомнив одно из немногих итальянских слов, которые знала кроме всем известного словосочетания «cosa nostra». Смотри, Смерчинский, если опять будет какая-нибудь лажа, я твоему Троллю устрою не менее веселую жизнь, чем ты Нику придумал. – Пригрозила я. Моего лапочку было невероятно жалко: то бомжи, то геи, то воры.
- Доверяй мне, мой малень… мой партнер, - поправился он вовремя. Все-таки с ним сегодня невероятно плохо. А если у него девушки месяц не будет? Начнет к тетенькам постбальзаковского возраста клеиться?
- Нет, Аня нас не подведет. Она – профи. И мой план рассчитан очень верно. Ольга избавится от Кларского.
Услышав про воришку в красном нелепом костюме, я тут же машинально стала проверять, все ли у меня на месте после ухода Аньки.
- А твоя карманница не проворонит их? – осведомилась я. – Вдруг они уже сейчас идут в кафе?
- Когда пойдут – нам напишет Черри или его друг. Не переживай, Чип. – Довольным голосом ответил Дэн и потянулся.
- Ну ладно, будем ждать момента расплаты. – Сказала я, как бы, между прочим, отрывая кусочки не от своей ваты, а от ваты Смерчинского.
- Ага, - согласился он.
- Зачем ты себе на шее тату устроил? – Вдруг спросила я, просто так – из-за любопытства.
- Случайно вышло. – Потер сине-зеленую ящерку парень.
- Случайно? – заинтересовалась я. – Это как?
- Однажды Черри и еще один мой друг – ты не знаешь его – проделали со мной тот же фокус, что и ты – напоили меня. Проснулся – тату уже была. – Он откинулся на спинку скамьи, явно наслаждаясь сладкой ватой и взглядами девушек, оккупировавших лавочку напротив.
- Какой ты все же идиот, - искренне обрадовалась я. – Я тоже тату хочу. Но мама меня убьет, если я ее сделаю.