- Спасибо, вынуждена отказаться, - важно отвечала я.
- Если тебя не устраиваю я, то могу познакомить тебя с кем-нибудь, кто устроит, - очень скромно отвечал Дэн, глядя на меня невинными глазами мальчика-колокольчика. - Ты только скажи, какие у тебя требования к кандидатам "на лежанку". Мы партнеры, во всем будем помогать друг другу.
Будь я сильнее, за такую помощь точно бы ему морду набила. Как мой братишка. Тот все свое детство, юность и отрочество проблемы решал кулаками.
- Сволочь ты все-таки, Смерчинский. А требования... Они должны быть непохожими на тебя, - заявила я. Мы вновь оказались на набережной, на этом берегу уставленной небольшими уютными уличными кафешками, магазинчиками и передвижными лотками со всякой всячиной. Где-то здесь, по словам Лиды, сидела иногда гадалка, которая однажды раскладывала карты ее подружке и безбожно ее надурила - бедняжка до сих пор ждет, как дурочка Ассоль, свои Алые Паруса, разве что к морю каждый день не шастает. Лида часто подкалывает глупышку, а сама нив какие предсказания не верит.
- Они? - деланно удивился парень. - Тебе сразу несколько надо?
- Иди на фиг, - добродушно сказала я ему.
- Иногда я думаю, - отозвался вдруг Дэн, - поместятся ли все посланные в тех местах, куда их посылают?
- Поставь вопрос по-другому. Смогут ли они достаточно растянуть эти самые места посыла?
Да, это было совершенно не смешно, но мы дружно расхохотались.
Мы оба только что - не побоюсь этого слова - пережили моральное потрясение, хотя готовились к маленькому триумфу. Да кто угодно на нашем месте пережил бы настоящее любовное землятресение!
Но оба мы, как оказалось, сходились в отношении к неприятностям. И я, и он были оптимистами - к тому радостному моменту, когда мы сошли на берег, мы перестали сильно печалиться и кручинится, хотя в наших душах (если Смерчинский, конечно, свою не обменял у сил зла на свое же нереальное обаяние) остался неприятный осадок. Опять ничего не получилось. Опять мы сами себя обманули. Опять мы остались в пролете, а эти двое опять хорошо провели время, не понимая, как сильно они нас дразнят и раздражают одновременно.
- Знаешь, Бурундук, мне всегда везет, - вдруг своим обычным, слегка задорным, бодрым, вкрадчивым и донельзя приятным голосом произнес Смерч. - Всегда.
- Да? - со скепсисом в голосе спросила я. - Конечно, мы мало знакомы, чтобы я делала какие-то выводы, но... судя по всему, ты неудачник.
- Неудачник - это не про меня, - явно был он не согласен с моими словами. - Всегда везет! Почти, - поправился он. - Но в любви... кажется, в ней удача от меня отвернулась. Только тогда, когда я пытаюсь завоевать эту девушку, везенье убегает от меня, - мои уши уловили грусть в его голосе, и мне неожиданно захотелось пожалеть его, и, даже, может быть, обнять. Естественно, я не кинулась на Дэна с радостными криками, чтобы заключить в объятия.
- Значит, себя ты считаешь счастливчиком? - переспросила я.
- Ага. Вселенная благосклонна ко мне.
- Что, веришь в силу мысли? - прищурилась я, вспомнив известный документальный фильм, посвященный этой проблематике.
- Конечно, - отозвался парень самым разгильдяйским тоном, и я не поняла, шутит ли он, или это правда?
- Серьезно?
- Серьезно, - разгильдяйства в этом милом глоссе стало еще больше. - Как ты думаешь, почему некоторые называют меня Счастливчиком?
- И Лаки Боем, как собачку, - вспомнилось мне. - Ну не знаю. Насчет твоей удачливости... Доказать можешь? - есть во мне тяга к азарту. В детстве меня все постоянно брали "на слабо".
- Могу. А надо? - пожал плечами Дэн. Его, наверное, "на слабо" не возьмешь. Эх, не то, что мой братишка, или Димка-дурак из группы, с которым мы постоянно друг над другом подтруниваем еще с первого курса.
- Надо.
- Точно?
- Да! - я заупрямилась.
- Видишь автомат? Пошли, докажу, - и он с безразличным видом потащил меня к автомату с игрушками, в котором за весьма умеренную плату можно было вытащить себе приз с помощью управлением крана.
- Да это лохотрон, - у меня лично никогда не получалось вытянуть игрушку, сколько бы я не старалась - а уж в детстве, поверьте, я просто болела этой фигней, сжирающей кровные денежки. - Дэн, не трать на это свои деньги, все равно ничего не вытащишь.
Он, само собой, меня не послушал. Сначала постоял, посмотрел на играющих, которых было в этот воскресный вечер просто завались - девать людям деньги некуда! - потом, минут через пятнадцать, когда мне стало уже совсем скучно, произнес загадочное: "шесть" и подошел к автомату с игрушками.
Через две минуты он с умным видом протянул мне игрушечного музыкального тигренка, держащего в руках большое почему-то зеленое сердце с надписью: "Полюблю всем сердцем" и когда я ошарашено взяла мягкую игрушку, сказал самодовольно: