- Сморчок, еще раз Бурундуком в любой его вариации назовешь - прибью, - пообещала я в который раз. - А дальше - что дальше? Приперся ты и встал, как столб. Вытаращил глаза. Открыл рот, вывалил язык из пасти - с него еще так противно слюни ядовито-красные текли - ты откушал кого-то недавно? - занесло меня в другую сторону, преувеличительную.
- Я съел милую беззащитную красавицу, обожаю этих прелестниц... они так сексуально меня бояться... кричат... Ммм... - соглашаясь таким странным озабоченным образом, парень щелкнул зубами перед моим лицом, явно подражая волку из старых мультиков, а потом ткнул в мое плечо пальцем, сообщив приятную новость. - Но ты можешь не беспокоиться!
- Что значит - могу не беспокоиться? Падре, я что, уродина, по-твоему? - возмутилась я. - Ты меня хавать не стал бы, потому что я не идеал твоей красоты? А?!
- Нет, ты милашка, - сказал спокойно Дэн. - Я не ем своих друзей. Ты же мой друг, да? - и он, как и всегда, обаятельно улыбаясь, зачаровал меня.
- Друг... друг... А потом ты явил себя народу, все тут же словили нереальный кайф...
- Перенесли маленькую смерть, - лукаво глядя на меня, вставил Смерч.
- Что это? – Не поняла я.
- Да так... маленький синоним французского происхождения, - не пожелали Их Светлость объясниться, а мне было все равно, хотя на заметку я все-таки это выражение взяла. Спрошу у кого-нибудь.
- Не перебивай меня больше, иначе маленькую смреть слоишь ты.
- Неожиданное предложение, - протянул мой собеседник, мечтательно уставившись в парту - мне это вот так сразу редко кто предлагает. Ладно-ладно, молчу, Чип!
- Не перебивай!Хотя, что там уже перебивать? После твоего явления и озарения твоим божественным светом несчастных страждущих, меня выпихнули к тебе, заставляли поцеловать - чтобы тот, кто первый придумал это "горько" - был одним из первых претендентов в топку Словесного Холокоста. Ну а потом настало время прибытия милиции... Как ты думаешь, они уже свалили из универа? - с надеждой заглянула я в глаза Дэна.
- Не знаю, - задумчиво отозвался молодой человек.
- Ага! Ты хоть что-то не знаешь! - возликовала я.
- Я же не всезнайка.
- Интересно, а милиционеры поймали кого-нибудь? Вернее, ставлю вопрос по-другому: сколько человек они поймали? - я вдруг забеспокоилась насчет Маринки и Лиды. На друзей партнера было плевать с высокой колокольни.
- Надеюсь, нет, - вздохнул Дэн. - Кто их вообще вызвал? Непохоже, что это была наша охрана.
- Это точно. Слушай, Сморчок, дай телефончик, я подружкам напишу, что ли... - Их номера я помнила наизусть.
- Конечно, - протянул он мне знакомый ядовито-желтый коммуникатор. - А твой где, кстати? Я тебе писал и звонил, но ты ни разу не ответила, - в его голосе появилось осуждение.
- Да я его вообще забыла, - призналась я. - Думаешь, если бы у меня был с собой мобильник, я бы не сообщила тебе об этом дурдоме, а?
- Вероятно, сообщила бы, - тут же поскучнел парень, едва вспомнив "мероприятие" его друзей.
"С вами все в порядке?? Не поймали? Это Маша", - тем временем написала я.
Ответ пришел почти сразу, как будто бы Маринка знала, что я сейчас напишу ей и ждала сообщение, неотрывно глядя на экран телефона.
"Да, мы успели смыться!! Ты где?! С тобой все в порядке? От кого пишешь?"
"Все в порядке, сижу в пустой аудитории, пишу от Смерчинского. Буду дома - позвоню!"
"Точно, вы же вместе смылись......! :) :) :)", - написала подружка. Почти тут же прислала и вторую смску:
"Вдвоем с Дэном в пустой аудитории.... Омг, какой простор для нашей фантазии:) И не только нашей..... Что вы там ДЕЛАЕТЕ?"
Эти ее двусмысленные многоточия, большие буковки и намеки меня рассердили, и я, не став больше писать подруге, отдала коммуникатор его хозяину, теперь молчавшему.
- Чего молчим? - поинтересовалась я.
- Думаю...
- О чем?
- О том, что сделали мои друзья. Это было неожиданно и… Да, это было жуткое зрелище.
- На твоем месте я не называла бы их друзьями, - заметила я. - Я до сих пор чувствую себя оплеванной.
- Оплеванной? Ты? Да ведь теперь Ольга думает, что у меня есть девушка...
- Может, она не знает? - предположила я. Но, когда брюнет с надеждой взглянул на меня (для отчаявшихся любая надежда, даже та, что больше походит на привязанную к удочке злодеем-шутником пятитысячную купюру, предназначенную для махания с третьего этажа перед лицом бедняка, кажется спасительным мостиком через мутную реку разочарования), то я с довольной улыбкой - нет, даже почти со счастливой! - сообщила ему:
- Я шучу. Это уже все в универе знают. Хотя, конечно, если Князь - непроходимо тупая, то у тебя есть шанс сохранить все в секрете.