– Куда еще?
– На вечеринку. – Она состроила гримасу: «Ты всерьез?». – Куда же еще? Помнишь, как ты уже валялась с разбитым сердцем после Бена, ну тогда, сто лет назад?
– Нет…
Я честно не помнила.
– Ну да, а я помню, – сказала она. – И так же, как ты забыла про него, ты забудешь и Джейка. Я больше не могу выносить эти твои ежедневные страдания.
– Ты не можешь заставить меня заниматься одноразовым сексом. – Я швырнула в нее подушкой. – И я все равно к этому не готова.
– Можешь не волноваться, я выучила урок. Ты не создана для одноразового секса. Я просто предлагаю пойти развлечься – куда-то, где не говорят ни про книги, ни про Джейка, и ты сможешь расслабиться.
– Как ты думаешь, а он уже с кем-то встречается? Как думаешь, она больше в его вкусе?
Я задавала ей эти вопросы каждый день, прекрасно зная, что она понятия не имеет, что ответить, на этот счет, но не могла ничего с собой поделать. Я не забыла Джейка, и какая-то часть меня вообще не хотела его забывать. Та часть, которая продолжала на что-то надеяться.
– Джиллиан… – вздохнув, она подошла к моему шкафу и раскрыла дверцы. – Мы с тобой идем на вечеринку к моему другу ровно через два часа. Эти два часа, и те четыре или пять, что мы проведем там, я не желаю слушать про Джейка, «Элитные перелеты», газеты и все в таком роде. Единственное, о чем я буду разговаривать, это выпивка, что тебе надеть и с кем ты захочешь вернуться домой. Хватит.
– В тот первый вечер, когда мы встретились, Джейк сказал, что у него нет любимого типа женщин, – сказала я. – Интересно, он так сказал, только чтобы я ушла с ним? Как ты думаешь?
Она вытащила из шкафа голубое платье и кинула мне, прежде чем выйти из комнаты.
– Будь готова через два часа, Джиллиан. Два часа.
Гейт С54
Джиллиан
Нью-Йорк (JFK)
Наверняка все богини судьбы там, наверху, в этот день собрались кучкой и вдосталь нахохотались надо мной. «Вечеринка», куда повела меня Мередит, была устроена не на какой-то пустынной крыше заброшенного дома, как в прошлый раз. Она проходила на крыше «Мэдисона» на Парк-авеню, и, хотя жильцам вход был якобы воспрещен, я не могла не думать об одном из них, живущем прямо под нами, в квартире 80А.
Каждые двадцать минут Мередит знакомила меня с кем-то очередным, кем-то «крутым», но мысли ее явно витали где-то еще. По крайней мере она казалась несколько отвлеченной.
Почти все мужчины, собравшиеся здесь, были в костюмах ручной работы или вообще живым воплощением мира современной моды, но я не могла проговорить ни с одним из них больше пяти минут. Мой разум был где-то еще, а сердце – слишком упрямым, чтобы впустить в него кого-то.
Взяв у официанта бокал белого вина, я отошла к перилам и стала смотреть на небо, по которому над Гудзоном летел небольшой белый самолет.
– Классный, да? – раздался голос слева от меня. – Кажется, военный. Турбоглайдер или что-то в этом роде, наверное, направляется куда-нибудь на другой край земли.
– Нет, – ответила я. – Это MD-88. Он годится только для коротких перелетов.
Я обернулась к заговорившему со мной, но он, смутившись, заморгал и медленно отошел от меня. Я продолжила смотреть, как самолетик набирает высоту.
– А ты, гляжу, все продолжаешь обманывать людей, – низкий, глубокий звук этого голоса заставил мое сердце замереть, а меня – вновь повернуться и оказаться лицом к лицу с Джейком.
Он был все так же прекрасен и стал еще сексуальнее, чем раньше. Он надел безупречный, идеально сидящий черный костюм. Улыбаясь, он встал рядом со мной и оперся на перила.
– Это был MD-90, мисс. – Он не назвал меня по имени. – Но вы почти угадали. – Его взгляд остановился на моих губах. – Джейк, – протянул он мне руку, и в ту же секунду, как я коснулась ее, в моем теле ожил каждый нерв. – А как зовут вас?
– Джиллиан.
– Хм-м-м. А чем вы занимаетесь, Джиллиан?
– Я писатель, автор бестселлера. А вы?
– Я пилот, старший капитан.
– Вы слишком молодо выглядите для капитана, – сказала я, воспроизводя наш самый первый разговор вечером нашей первой встречи.
– Ну, – ответил он, легко целуя меня в лоб. – Число моих полетов говорит о другом.
Молчание.
Несколько минут мы оба просто стояли и смотрели друг на друга, и я поняла, здесь и сейчас, что мое сердце до сих пор принадлежит ему, и нет никакого шанса, что я когда-нибудь полюблю кого-то другого так, как люблю его.