Вернувшись в спальню, я сел рядом с ней и протянул ей одежду.
– Спасибо, – удивленно сказала она. – Где ты их нашел?
– Там, где их не должно было быть. – Я надел спортивные штаны. – Но на здоровье.
Одеваясь, она посмотрела на меня со странным выражением, как часто смотрела после секса.
– Я не сделал тебе больно? – спросил я.
– Нет. Я бы тебе сказала.
– Я имею в виду там, на балу. Я схватил тебя так же, как ты меня тут, в душе?
Она покачала головой.
– Нет.
– Мне правда жаль, – помедлив, вздохнул я.
– Что ты так со мной разговаривал?
– Что я сделал это на публике.
– Джейк…
– Да, – отозвался я, беря ее за руку и помогая ей встать. – Мне жаль, что я так с тобой говорил.
– Значит, этого больше не случится?
– Нет, если тебе не вступит снова заговорить с моим братом.
– Я не буду, – прикусила она губу. – Тебя что, усыновили? Или Эван твой сводный брат?
– Этого разговора не будет, – ответил я. – Прекрати.
– Когда я брала у него интервью для газеты много лет назад, Эван не говорил, что у него есть брат. Я просто спросила.
– Джиллиан, если у нас с тобой что-то будет, – пытался я говорить спокойно, – в смысле, если то, что есть, будет продолжаться, я требую, чтобы ты прекратила этот разговор и никогда его не начинала. Это не имеет никакого отношения к тому, чем занимаемся мы.
Она саркастически улыбнулась.
– Ты хочешь сказать, что открыт к большему, потому что тебе нравится со мной разговаривать? Что ты видишь, что начинаешь влюбляться в меня?
– Ну, любовью это не назовешь.
– Но и похотью тоже.
– Ну, тогда назовем это просто мы, – я сделал большие глаза и повел ее в гостевую спальню, подобрав по пути ее сумочку и вручив ей. Я зажег свет, подвел ее к постели и откинул покрывало. – Можешь сегодня спать тут. А утром я отвезу тебя домой.
– Спасибо. – Она забралась в постель и выглядела еще сексуальнее, чем всегда.
– А как ты приехала сюда?
– Меня подвезла соседка.
– Врешь. – Я видел это по ее глазам. – Как ты на самом деле добралась?
– На автобусе.
– Ты что, не могла взять такси или вызвать «Убер»?
– Ну, знаешь, кое-кто из нас не родился богатым, и приходится ждать до зарплаты, чтобы получить свои деньги.
– Я тоже не родился богатым, – сказал я, подоткнув ей подушку. – В другой раз, когда разозлишься, бери такси. Я заплачу.
Казалось, она потрясена.
– Это что – приглашение ночевать у тебя, когда мне захочется?
– Кажется, ты и так ночевала тут больше, чем надо, – я просунул под нее руки и притянул к себе. – Но черт, нет, это не приглашение. Могу тебе пообещать, что, кроме сегодняшней ночи, ты больше не будешь тут ночевать.
– Боишься своих чувств ко мне?
– Боюсь, что ты подумаешь, что у меня есть к тебе чувства. – Я погладил ее по бедру. – Нет, Джиллиан, не боюсь, и мне нравится болтать с тобой. Иногда.
Она тихо вздохнула и снова принялась болтать, пустившись в один из своих нескончаемых монологов, а я чувствовал, что завожусь с каждым словом, слетающим с ее пухлых розовых губ.
Когда она закончила на этот раз, я просто смотрел на нее. Потом понял, что надо закончить эту беседу до того, как мы снова займемся сексом, и тогда я точно не успею выспаться перед завтрашним ночным полетом.
Я больше ничего не сказал, взглянул на нее в последний раз, выключил свет и ушел. Я отправился в кухню, убрал стопки и бурбон и вернулся в свою спальню, откуда только-только начал выветриваться клубничный запах.
Лежа в постели, я глядел в потолок и думал, каким образом от ссоры мы перешли к сексу, а от него – к разговорам по душам.
Когда раньше я ссорился с любой другой женщиной – неважно, по какому поводу, – она тут же оказывалась в моем списке «прекратить все контакты». Связи немедленно обрывались, общение прекращалось после первого же случая. А теперь, несмотря на множество ссор, мне до сих пор не хотелось блокировать номер Джиллиан или заменять ее кем-то другим.
Когда мне все же удалось заснуть, я погрузился в приятнейший за много месяцев сон. Но, проснувшись, я понял, что был в своей спальне не один. Джиллиан лежала рядом, и я крепко обнимал ее.
Джиллиан
ЗАПИСЬ В БЛОГЕ
Сегодня
Я не хотела бы раздувать в себе надежду и не хочу забывать, как быстро он переключается от горячего к ледяному, но он мне правда нравится. Гораздо сильнее, чем надо бы… И несмотря на его иногда небрежный тон, то, как он целует меня, и то, как мы трахаемся, говорит о том, что и я ему нравлюсь.