В час ночи мы стоим на улице восторгаемся на запущенные салюты. Рядом Даниил, совсем не интересующий меня персонаж. Все взоры устремлены вверх, лишь я оборачиваюсь в поиске Марка и натыкаюсь на странную картину.
Он стоит на крыльце с Дианой, она что-то ему пытается сказать, волнительно жестикулируя. Его задумчивый взгляд устремлен мимо нее, лениво затягивается сигаретой. Она прикасается к его груди дрожащими ладонями, утыкаясь головой всхлипывает. Неожиданно он хватает ее за волосы, рывком вскидывает ее голову, приблизившись к лицу, что–то говорит, точнее шипит ей, сквозь дрожащие желваки, упираясь черным мертвым взглядом. Я изумленно таращусь, не веря своим глазам. Что между ними происходит и чем же она так смогла его разозлить?
Закончив свою речь, он отпускает её, хлестко ударяет по лицу, быстрыми шагами скрывается в доме.
Я отворачиваюсь, делаю вид, что наслаждаюсь видами фейерверка прибывая в непонятках от увиденного. Еще никогда я не видела Марка в таком состоянии. Даниил накрывает своей рукой мои плечи укутанные в белоснежной норковой шубке.
—Замерзла наверное? Побледнела даже, – интересуется сквозь рокот залпов.
—Есть немного, – выдавливаю улыбку.
—Лёвка, погнали, – на крыльцо выходит Марк, кутаясь в чёрное пальто.
Поворачивает голову в сторону все еще стоящей Дианы, которая вытирает слезы всхлипывая. Лицо его каменеет, взгляд с пренебрежением, уголки пухлых губ опускаются в читаемом отвращении.
—Лёва посидите еще, – настаивает мама, – через час поедите.
—Ма, у нас еще планы, – целует в лоб.
—Ну что за спешка? Марк тебя позвал, а ты и бежишь. Не замечаешь, что он манипулирует тобой?
Саша с Олесей слыша её речь, оборачиваются. В недоумении, Саша, сводит брови на переносице, глаза щурятся. Несомненно он кинется на любого без разбора, кто попытается очернить его единственного сына. Ведь каждый родитель отчаянно верит в безгрешность своего чада.
Лёва лишь рассмеялся.
—Ма, не применяй на мне свои психологические штучки, – подмигивает, направляется в сторону дома.
—Диана, что случилось? – подбегает Гер к плачущей дочери, кидает недоверчивый взгляд на Марка, спокойно стоящего в другой стороне крыльца.
—Ничего, пап, пошли, – вытирая слезы, размывает тушь, задирает гордо подбородок в ненавистном взгляде на Марка.
—Что происходит, ты мне можешь объяснить? – встав напротив парня, выпячивает грудь, угрожающе играет мускулами.
Мы все подходим к крыльцу. Родители тревожно осматривают двоих мужчин.
—Макс, спроси у дочери, не меня, – отрезает, отворачивается, чтобы уйти.
—Слыш, бля, – взрывается Гер, хватает его за руку оборачивая в свою сторону, – если я узнаю, что ты...
—Гера, ты охуел?! – Саша басистым голосом, с надвигающейся бурей в глазах, в два шага встает рядом нависая всей мощью над ним, – руки убрал от него! – рычит и сопит, как зверь перед броском.
—Отец, всё в порядке. Макс просто переволновался видя слезы своей дочери. Иди и узнай, почему же Ди печалится, уверен она тебе расскажет все, в ярких подробностях, – глаза его черные, как смоль, лицо непроницаемое, словно в нём отсутствуют мышцы. Вот чем он отличается от своего отца, он не вспыхивает, как спичка, он не кидается в ярости, от него вы не услышите мата и брани, но внутри...я уверена, внутри него плещется обжигающий яд, намного страшнее и губительнее Кобы старшего. Внешняя же оболочка прекрасна, он похож на своего отца, чуть волнистые русые волосы, ярко карие глаза, меняющие цвет до насыщенно черного, волевой подбородок, четко очерчены чувственные губы, только Марк не таких огромных размеров, так как с детства увлекается плаванием, его фигура пластична, поджара и несомненно идеальна в своих пропорциях, с рельефным торсом, широкими плечами и крепкой задницей.
—Сучонок, – огрызнувшись, Гер отпускает руку и направляется в дом.
—Марк, что за замес? – раскидывает руки Саша, – Ты причастен к этому?
—Просто Макс такой же крэйзи, как и ты, ничего нового и любопытного. Он слеп и глух, по отношению к своей Ди. Вот и всё, – пожимает плечами, – нам пора.
Выдохнув дядя Саша хлопает по плечу сына, берет руку своей супруги уходя в дом.
Мама с отцом направляются за ними, попросив Лёву остаться на пару минут, на разговор.