Кошмары его частного острова обрушились на меня так резко, что я могла почувствовать страх на кончике своего языка.
— Я люблю тебя. Пожалуйста, Кинг, займись со мной любовью.
Кинг отпустил мое запястье и, повернув меня к себе, посмотрел в мои глаза. Я могла чувствовать его дыхание на своем лице, чувствовать запах вина, и слышать, как бешено стучит мое сердце. Мне оставалось только молиться, что сейчас, как уже было однажды в момент моей паники, я смогу освободиться от его чар.
— Я верю тебе,— он отвернулся от меня и сел обратно за стол. — Ты можешь одеться.
Я моргнула и потянулась за своим платьем. В этот момент мои глаза были прикованы к лежащему на столе ножу. Божечки! Я собиралась его убить!
— Можешь попробовать, — сказал он, тоже глядя на нож. — Возможно, ты почувствуешь себя лучше.
— Какого черта это было? — кипятилась я, в то время как он полностью спокойный и равнодушный ко всему наливал себе очередной бокал.
— Я чувствовал твой страх. Видел его в твоих глазах. Ты действительно меня боишься.
— В этом весь смысл?
— Эмоции невозможно подделать. Ты и правда думала, что я могу обидеть тебя, а значит, я уже обидел тебя до этого.
Кинг встал и посмотрел на стол.
— Приятного аппетита.
Он уходит? Не предоставив мне шанс пырнуть его ножом? Как неблагородно!
— Куда ты идешь? — негодовала я, ожидая, что он скажет, что это не мое собачье дело.
— Этим вечером я не хочу больше тебя беспокоить, и мне предстоит принять очень трудное решение. Я вернусь позже. Оставайся здесь. Тут ты в полной безопасности.
На полпути к двери он остановился и обернулся.
— И, кстати, Миа… Я никогда не возьму женщину против ее воли. Но мне очень понравилось смотреть на твое тело. Несомненно, в этом году Боги пошлют нам отличный урожай.
В полном шоке от его слов я открыла рот.
Кто этот парень?
Весь следующий час я сидела за столом, обдумывая этот вопрос. Вернее, я размышляла над тем, что он заставил меня почувствовать. Злость, подавленность, сумасшествие. Я не могу отрицать, что мое пребывание рядом с ним подобно наркотику, которым я никак не могу насытиться. То, что он сделал, доказывало, что я его боюсь, но и могу ему доверять. Он поставил меня в положение, когда я находилась в его полной власти, и он мог сделать со мной все, что ему бы захотелось. Но он ничего не сделал, потому что понял, что должен завоевать мое доверие.
Есть мне не хотелось, а прохладный бриз, доносившийся через открытые окна, убаюкивал. Я устроилась на кровати Кинга и, накрывшись мягким красным одеялом, закрыла глаза. Аромат Кинга (цитрус и мускус) окутал меня, и мои мысли вернулись к нему. Этот Кинг был сильным и соблазнительно бесстрашным. Да, он был смертным мужчиной, но в то же время слишком властным для обычного человека. Он был частью будущего Кинга, от жестокости и красоты которого у меня перехватывало дыхание. Этот человек спас мою мать. Держал меня на руках, когда я думала, что моя жизнь заканчивается. Да, теперь я четко осознавала, что внутри у будущей версии Кинга находится два совершенно разных человека. Одного из них я ненавидела и хотела убить. Другим был Кинг, который недавно вышел из этой комнаты.
От воспоминаний о нем моя кожа покрылась мурашками. Я вспоминала его обнаженный торс, его голубые глаза. Вспоминала его тело. Божечки мой, я думала о его стальном прессе, о его мускулистых ногах, о его бицепсах, о…
Я почувствовала пульсацию между моих ног и покачала головой.
Насколько я испорчена?
Не было ни одного возможного сценария, который закончится для меня счастливо. Несмотря на это, я не могла перестать желать его. Хоть он и был одной огромной ложной надеждой. Кроме этого… он живет в 1500 году до н.э., вернее, плюс минус несколько десятилетий, потому что точной даты я не знала.
Так ты хочешь прекратить это чувствовать?
Нет, я не влюбляюсь в него… Я просто…
Я вздохнула.
Лучшим способом описать мои чувства будет назвать Кинга магнитом.
Неспособная противостоять пелене обволакивающего меня сна, я постаралась начать думать о чем-то еще. В мою голову ворвался образ будущего. Образ дома моих родителей в Сан-Франциско.
Джастин и Джейми сидят на мягком диване в гостиной и держат на руках их красивого ребенка. Бекка спорит со своей матерью о каком-то актере, который им одинаково нравится.
— Нет, он до сих пор встречается с этой моделью, — могла бы сказать кто-нибудь из них.
— Нет, они давно расстались, — возразила бы вторая.
Но в гостиной не было бы моих родителей, потому что они бы заканчивали накрывать на стол и украдкой бы целовались, пока их никто не видит.