— Какого хрена? Ты думаешь это смешно? — нахмурилась я.
— Мой брат говорил, что ты похожа на дикую кошку в женском обличье, но я ему не поверил.
— Кинг назвал меня кошкой?
— Уверяю тебя, что в устах Драко это можно счесть за комплимент.
Услышав настоящее имя Кинга, я впала в ступор. Возможно, потому что это сделало все происходящее еще более реальным?
— Зачем ты пришел? — спросила я.
— На самом деле я понятия не имею.
— Может потому, что твой мир разваливается, и все ненавидят тебя за убийство их любимого короля?
Ярость наполнила его глаза.
— Я любил своего брата. И думай, что хочешь, но это было его единственное желание, о котором он не просто просил, а умолял меня. Так что да, я сделал это. Для него.
— Ты должен был отказать ему.
— Ты хоть раз смогла сказать ему — «нет»?
Я хотя бы попыталась, в отличие от него.
— Он меня не послушал.
Я села и уткнула лицо в ладони.
— Так ты понимаешь, о чем я говорю?
Я кивнула.
— И ты понимаешь, что он оставил меня разгребать все то, что сейчас просто рушится на части, в полном одиночестве.
Я снова кивнула и посмотрела на обезумевшие глаза Каллиаса.
Ну почему он должен выглядеть так же, как Кинг? Почему?
— Это безнадежно.
Каллиас улыбнулся.
— Я рад, что меня хоть кто-то понимает, — он сел рядом со мной. — Этот исход никогда не был моим желанием, но теперь люди требуют мою голову. Мой брат — мученик, и нет никакой возможности разубедить их и восстановить мир.
Черт!
Мне не хотелось его жалеть.
— Мне очень жаль, — вздохнула я. — Я бы хотела тебе помочь.
— Как и я.
— Итак, почему ты здесь? — спросила я.
Он пожал плечами.
— Наверное, потому что завтра тело моего брата предадут земле, и моя стража убьет меня из мести.
В моей голове щелкнуло.
— Что?
— Я понимаю, в это трудно поверить, но у меня есть друзья. Они и предупредили меня об этом в надежде, что сбегу и спасу себя.
— И что ты собираешься делать?
— Завтра я умру и присоединюсь к своему брату.
— Но он же этого не хотел, — вскрикнула я.
— Я знаю. Но я не могу продолжать жить, испытывая чувство вины за его убийство. Так что, все к лучшему.
Кажется, здесь все решили умереть ни за что. Одна огромная, чертова Греческая трагедия.
Хотя, с другой стороны…
— Каллиас, ты убил своего брата и должен ненавидеть себя. Ты должен был знать, что вся эта ситуация — один огромный пиздец! Тебе не приходило в голову рассказать ему о том, что у тебя имеется столько врагов?
— Я не знал, что люди настолько меня презирают.
Я хотела расцарапать его лицо. Он не заслуживал чего-то настолько красивого.
— Знаешь что? Это не мое дело. Лично я просто уйду!
Потому что, честно говоря, мне нужно решать свои проблемы. То есть если я хочу хоть когда-нибудь увидеть снова любимого мной человека, мне придется заставить работать этот чертов браслет. И еще мне было необходимо подумать о том, как недавние события скажутся на моей семье.
— Я чувствую себя хуже, чем ты можешь себе представить, — тихо произнес Каллиас.
— Почему ты все еще здесь? — повернувшись, я увидела, что его лицо стало ярко-красным.
— Потому что я видел, как ты прокляла его, — его слова были полны горечи. — Я видел тот взгляд в твоих глазах и хотел провести свою последнюю ночь на земле с человеком, который понимает мою боль. Я хотел разделить свои воспоминания о моем брате с тем, кто любил его так же сильно, как я.
— О! — я сдалась под натиском отчаяния и искренности, звучавших в его словах.
Черт! Я не могла переступить через себя, даже если мне и хотелось упрекнуть его в том, что он натворил, я не могла этого сделать.
Я опустила взгляд себе под ноги и вздохнула.
— Прости. Мне не следовало говорить то, что я сказала. Просто… я разозлилась. И я скучаю по нему.
— Значит, я был прав. Ты его любишь.
— Да, — подтвердила я. — Именно поэтому я прокляла его, чтобы сохранить ему жизнь.
Я понимала, насколько странно это звучит, но я не знала, как объяснить это по-другому.
— Но теперь я не знаю, правильно ли я поступила.
Я обрекла всех пережить ту же самую судьбу, которую я так отчаянно стремилась изменить.
— Ты сделала то, что должна была сделать, — сказал он. — Как и я.
— Это так ужасно…
— Ты же не откажешь умирающему человеку в его последнем желании?
— Ты хочешь, чтобы этой ночью я осталась с тобой?
— Да.
Маразм! Кто захочет провести это время со мной? Я же сломлена.
— Обещаю, — нарушил молчание Каллиас. — Этого бы хотел Драко.
Это у него такое чувство вины? Неважно. Все равно это сработало.