Вдалеке показался Барон. Словно почувствовав на себе внимательный взгляд, он резко остановился и обернулся. Увидев Лику, Барон на мгновение замер на месте, после чего опустил голову и торопливо ушёл.
— Может, пожалеешь парня? — спросил Яша, провожая Барона взглядом, и вздохнул: — Погибнет ведь скоро…
— Переживёт… — равнодушно откликнулась Лика, всё ещё немного злясь на Барона за неприятный разговор у электриков. — Он сильный — выкарабкается! Переболеет немного — и выздоровеет…
— Если сильный — зачем гонишь? — внимательно посмотрел на неё Яша. — Тебе сильный мужчина нужен — чтоб опора была.
— «Опора…» — грустно усмехнулась Лика. — Он даже разбираться не стал, кто ко мне приезжал! Решил с чего-то, что это мой любовник был, даже не спросил ничего…
— Все ошибаются… — мудро заметил Яша. — Надо прощать.
— Дело не в этом, — покачала головой Лика. — Обиды на него я не держу. Просто смысла нет с ним встречаться: если он один раз мне не поверил — потом так же будет. Характер не переменишь! — грустно усмехнулась она. — Зачем связывать свою судьбу с тем, кто не умеет доверять? Чтоб ревновал к каждому столбу? Не хочу всю жизнь оправдываться.
— Эх, Барон… — вновь вздохнул Яша. — Горячая у него голова… Я говорил, чтоб остыл — ревность до добра не доводит, от неё много бед люди друг другу делают. Бывает так, что и до убийства доходит.
— Скажи, Яш, а ты за что человека убил? Тоже из ревности? — осторожно спросила Лика.
— Да нет, просто он непонятливый был… — задумчиво ответил Яша, вспоминая события давно прошедших дней. — Я ему раз сказал — не понимает… Я ему два сказал — опять не понимает… Я ему много-много раз сказал — не понимает… Я терпел, терпел — и убил…
— Страшно, наверное… — заметила Лика. — Это же человек.
— Страшно… — согласился Яша. — Только исправить ничего нельзя. Потом жалеешь всю жизнь…
Он немного помолчал и снова вернул разговор к Барону.
— Простила бы ты его — хороший он человек. Дай ему второй шанс!
— Не надо, Яш… — покачала головой Лика. — Ему без меня лучше будет. Успокоится немного — и другую себе найдёт. Может к Лариске вернётся — она его до сих пор любит!
— Я знал, что ты так ответишь… — грустно улыбнулся Яша. — Не удержал Барон свою Жар-Птицу — упорхнула. Теперь вон Васька вокруг тебя кругами ходит… Только не пара он тебе.
— Почему? — удивилась Лика.
— Слабый он, не то что Барон! — заметил Яша. — Нет в нём силы, чтоб такую птицу как ты удержать. Как только жар почует — сразу руки разожмёт! И отпустит.
— А может, я не захочу от него улетать? — лукаво улыбнулась Лика.
— Улетишь… — грустно улыбнулся в ответ Яша. — Тебе в небо надо — пока своего лебедя не найдёшь! А Васька — не лебедь, с ним гнезда не построишь…
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
Лика доверяла мнению Яши, но очень надеялась, что насчёт Васьки он ошибался. Вспоминая, как он одним рывком вытащил её из трансформаторной будки, она с каждым днём всё больше и больше понимала, что этот мужчина вошёл в её сердце и занял в нём прочное место. Как только у Лики выдавалась свободная минутка — она сразу же бежала в подсобку к электрикам, (и, судя по виду Василия, он тоже был очень рад её видеть).
Последние сомнения в их отношении друг к другу были рассеяны, когда они случайно столкнулись в теплице. Это было так неожиданно: Лика даже сообразить ничего не успела, как сильные мужские руки крепко прижали её к себе, и она почувствовала горячий страстный поцелуй. Васька долго держал её в руках, шепча на ушко нежные ласковые слова…
Наступившая суббота сильно огорчила Лику: мысль, что сегодня они с Васькой не смогут увидеться, изрядно портила настроение, так что даже предстоящий отдых от работы не радовал.
— Может, прогуляемся? — предложила Улька.
— Куда? — равнодушно хмыкнула Лика, находясь в самом мрачном расположении духа.
— На барахолку! — посмотрела на неё Улька и хитро улыбнулась: — Говорят, он там по выходным кроликами торгует…
Глаза Лики мгновенно загорелись, и спустя час подруги уже выходили из трамвая, чтобы раствориться в рыночной толкучке. Они медленно шли вдоль разложенных прямо на земле товаров, рассматривая выставленный на продажу домашний скарб, а глаза Лики зорко оглядывались по сторонам, выискивая знакомое лицо.