— Забуду… — тяжко вздохнув, пообещал Каро, хотя был на сто процентов уверен в обратном.
— Я тебя люблю! — громко объявила Лика на весь салон. — Сильно-сильно люблю! Вот так… — крепко обняла она его, так что у Каро даже кости затрещали.
— Это сколько же ты выпила, что тебя так понесло…? — вновь вздохнул он.
— Много! — довольно кивнула Лика и попыталась показать количество спиртного. — Много-много-много-много… И всё из-за тебя! — вдруг обвинила она его.
— А я-то тут при чём? — усмехнулся Каро.
— Потому что ты меня не любишь… — обиделась она на него и нахмурилась. — Всё! Не хочу больше с тобой разговаривать — я пошла!
Она попыталась на ходу открыть дверь, но Каро крепко обхватил её руками и прижал к себе.
— Пусти меня! — возмущалась Лика, пытаясь вырваться из его железной хватки. — Я тебя ненавижу! Я его тут: люблю, люблю — а он на меня даже не смотрит! — пожаловалась она ему на него же самого и вдруг всхлипнула: — Я для тебя некрасивая, да…?
— Красивая. ОЧЕНЬ красивая… — утешил её Каро.
— А почему тогда ты меня не любишь…? — вновь всхлипнула она, явно собираясь расплакаться.
— Люблю… — признался он, надеясь, что это хоть как-то её успокоит. Зря он это сказал!
— Тогда поцелуй меня! — неожиданно потребовала Лика. — Ну, поцелуй… Ну, пожалуйста… — жалобно попросила она его, и снова обиделась: — Тебе жалко, что ли…?
Каро не хотелось пользоваться тем, что Лика пьяна. Он быстро поцеловал её, на доли секунды прикасаясь к губам, но эта уловка не сработала.
— Так не честно! — бурно возмутилась Лика. — Это не поцелуй! Я по-настоящему хочу — как в кино!
— Ладно, будет тебе как в кино… — сдался Каро, понимая, что она не отстанет, и поцеловал так, как она просила.
…И как давным-давно хотелось ему самому. Он, (как во сне), почувствовал вкус влажных горячих губ, и безумная радость окатила Каро с головы до ног. Он буквально парил высоко-высоко над землёй, и даже стойкий привкус «Изабеллы» никак не мог омрачить его счастье…
— Всё…? — тихо спросил Каро, с трудом возвращаясь с небес на землю.
— Ещё хочу! — капризно потребовала Лика, и он без сопротивления выполнил её просьбу.
Вцепившись в руль, Макс старался не смотреть в зеркало заднего вида: Каро с Ликой целовались так, что казалось, ещё немного — и разгорится настоящий пожар. В конце концов, Макс не выдержал и решил напомнить другу о своём присутствии:
— Ну, хорош уже! Вы, вообще-то тут не одни!
— О-о-о, Макс! И ты здесь?! — удивилась Лика, успев забыть о его существовании.
— Здесь-здесь! — усмехнулся Макс. — Я уже давно здесь!
— Ну, и тьфу на тебя! — махнула она на него рукой и снова прижалась к Каро. — Дядь-Каро… Женись на мне, а…? — тихо попросила она его. — Ну, пожалуйста, женись…
— Тьфу! — в сердцах выругался Макс. — Опять — двадцать пять! Ты когда-нибудь угомонишься?
— Ну, дядя Каро… — продолжала уговаривать его Лика, не обращая на Макса никакого внимания. — Женись! Тебе жалко, что ли…?
— Женюсь… — едва сдерживая улыбку, пообещал Каро, крепко обнимая любимую малышку. — Вот будет тебе шестнадцать — сразу же и женюсь!
— Не-е-е… — покачала она головой. — Это долго — я сейчас хочу! Ты сейчас женись, а…?
— Сейчас не могу, — слегка улыбнулся Каро. — Тебя родители не отдадут.
— А мы никому не скажем! — довольно улыбнулась Лика. — Ну, женись! Я тебе ребёночков рожу… Ты хочешь ребёночков?
— Хочу, — вновь улыбнулся Каро.
— Тогда — женись! — потребовала она и закрыла глаза, (её явно клонило в сон). — Я тебя любить буду…
— Женюсь, маленькая моя, обязательно женюсь… — тихо прошептал на ушко Лике Каро, видя, что она начала засыпать. — И детки у нас будут… Надо только подождать… Ты потерпи немножечко, (совсем чуть-чуть!) Потерпи, малышка…
В машине было тепло, нежный голос шептал ей о своей любви — и Лика быстро заснула.
Приехав к тёть-Фае, Каро бережно взял её на руки и понёс в дом.
— О, Господи… — переполошилась Фаина, увидев Лику на руках у Каро. — Что случилось?
Она знала, чем занимались любимые «мальчишки», и в прежние годы ей не раз приходилось выхаживать раненых бойцов после очередной крупной разборки.
— Всё в порядке, тёть-Фай, — успокоил её Каро. — Она просто спит.
— Решила попробовать вкус взрослой жизни! — расхохотался Макс. — Завтра узнает последствия…
Проснувшись, Лика долго не могла понять, где она находится и что с ней происходит. Голова гудела так, словно была из чугуна, тело буквально разрывалось от боли, а во рту был такой вкус, словно кошки нагадили!