«Уважаемая Елена Владимировна! На все предложенные Вами вопросы, я с полной определённость могу дать лишь один-единственный ответ: моя бедная голова не в состоянии запомнить всю ту чушь, что Вы пытаетесь в неё запихнуть. Я не смею оспаривать важность физики как науки, но в моём образовании эта научная дисциплина не имеет никакого смысла и логики: я и так знаю, что нельзя совать пальцы в розетку, а если у меня перегорит лампочка — её с лёгкостью заменит мой любимый мужчина. Свойства предметов меня интересуют лишь в том случае, когда я хочу выяснить: мягкие они и пушистые, как шёрстка котёнка — или же шершавые и колючие, как кактус; тёплые, как ласковое солнышко — или холодные, как снежный иней…? Для этого совсем не обязательно учить различные законы, а достаточно просто провести по ним рукой. В любом случае, даже не осознавая элементарных основ своего существования, моё физическое тело прекрасно чувствует себя в нашем бренном мире! (Жаль, что этот процесс скоро прекратится!)
Надеюсь, мой ответ достаточно обоснован, чтобы Вы поняли всю бессмысленность каких-либо попыток повысить мой интеллектуальный уровень в области физики.
Благодарю Вас за кропотливый, но, (увы!), абсолютно безуспешный в направлении моего образования труд! Как говорят французы: ce la vie!»
Закончив писать, Лика отложила ручку в сторону и пробежалась глазами по своему сочинению. Пятёрку ей за это конечно не поставят, (четвёрку с тройкой — тоже!), так какая разница, за что получать «пару»…? Она уже хотела поднять руку и сдать своё «творческое произведение», как неожиданно открылась дверь, и на пороге класса появилась сильно взволнованная завуч.
— Елена Владимировна! Срочно к директору! — крикнула она.
— Но я не могу — у меня годовая контрольная! — всплеснула руками учительница физики.
— Какая контрольная…?! — понизив голос, грозно прошипела завуч. — Там из милиции пришли, из отдела по делам несовершеннолетних! Ваш Митюшин опять что-то натворил! Ему КОЛОНИЯ грозит!
Тихо охнув, Елена Владимировна побелела как полотно: Митюшин — самый неуправляемый ученик в её классе! Именно из-за него она пережила кучу неприятностей и уже много раз пыталась отказаться от классного руководства. Но желающих заполучить класс с хулиганистым подростком не было: «Это Ваш крест…» — сочувственно вздыхали коллеги, находя тысячи причин, по которым они никак не могли взять руководство трудным классом на себя.
— Что Вы стоите?! Бегите быстрей! — поторопила физичку завуч. — А с этими пусть пока лаборант посидит! Я сейчас найду кого-нибудь и пришлю Вам на замену!
Крикнув прибирающегося в каморке с оборудованием лаборанта, Елена Владимировна быстро кивнула ему на класс, оставляя за главного, и вместе с завучем выбежала из кабинета.
Класс замер. Забыв о контрольной, все уставились на юного паренька в смешных круглых очках, который в одно мгновение из помощника преподавателя превратился в «грозного профессора», решающего чужие судьбы. Внимательно рассматривая заумного паренька, ученики приценивались к своему надзирателю.
— Вот «ботаник»! — тихо выругался кто-то из мальчишек на задней парте. — Сразу видно: ни за что не даст списать — всех физичке застучит!
— «Ботаник» я или нет — а «стучать» не люблю! — громко сказал лаборант, не менее внимательно обводя взглядом весь класс. — Значит так: хотите — списывайте, хотите — решайте задачи сами… А я лично очень хочу познакомиться с девушкой, которая собралась в ад… — улыбнулся он и направился прямо к Лике.
От удивления Лика растерялась. Она молча смотрела на приближающегося лаборанта, пытаясь понять, что ему от неё надо.
— Привет… — улыбнулся паренёк, слегка присаживаясь на уголок широкой парты.
Не обронив ни слова, Лика встретила «липучего приставалу» колючим настороженным взглядом, мучительно раздумывая: самой ему нагрубить — или пожаловаться Каро…? Да он же этому дураку одним махом шею свернёт!
— Чего смотришь? — усмехнулся лаборант. — Пиши давай! — протянул он ей чистый бланк с печатью. — У нас не больше десяти минут.
— Чего писать…? — вновь растерялась Лика.
— Чего скажу — то и пиши! — вновь улыбнулся паренёк, и пробежавшись глазами по карточке с заданиями, начал диктовать ответ.
Лика старательно писала под диктовку, даже не пытаясь вдумываться в смысл написанных слов. Иногда она останавливалась, и добрый лаборант терпеливо объяснял ей, как писать ту или иную формулу. В конце работы надо было начертить какой-то график: достав припрятанный за ухо карандаш, парень быстро выполнил задание, и передал готовую работу Лике.