А я на самом деле хочу, чтобы ты знала правду. Я хочу, чтобы ты знала, как МНОГО для меня значит твоя улыбка — и как больно смотреть на мир, когда ты плачешь… Поэтому я никогда не устану повторять:
Улыбнись! Ты — самая замечательная девушка на свете…
— Привет…
Я даже не знаю, как к тебе обращаться. Ты мог бы хотя бы открыть своё имя. Кто ты…?
— Э-э-э, нет…))) Ещё не время…
Я назову себя, но не сейчас. Что же касается того, кто я, то тут всё просто: твой ангел-Хранитель, малышка…
— Ангел-Хранитель… Звучит красиво. Я тебя знаю…?
— И да — и нет))) Да — если тебя интересует, видела ли ты меня. И нет — потому что я для тебя никто, просто один из всех мужчин, живущих на этой планете…
— «Видела…» Это значит, мы знакомы…? Где я могу тебя встретить…?
— Везде… Я ближе, чем ты думаешь — но не достаточно близко, как хотелось бы мне самому…
Единственное, что я могу себе позволить — это поговорить с тобой иногда. Ты даже не представляешь, как это трудно: смотреть в твои глаза — и не сметь рассказать о своих чувствах…
— Я тебе… нравлюсь…?
— Больше, чем просто нравишься — НАМНОГО больше… Надеюсь, ты не обидишься, если я признаюсь, что люблю тебя…? А я, правда, ОЧЕНЬ сильно тебя люблю…
— Это так необычно… Почему ты не можешь сказать мне это в глаза? К чему все эти тайны, если можно просто встретиться и поговорить?
— Я же сказал — ещё не время… Я знаю, что ты меня не любишь. Твоё сердце занято другим, (во всяком случае, так было ещё совсем недавно). И я не хочу навязывать тебе свои чувства, не хочу, чтобы каждый раз, увидев меня, ты думала: вот он, тот самый парень, что любит меня и ждёт от меня взаимности…
Я ничего от тебя не жду. Я просто хочу быть твоим другом — самым лучшим, надёжным другом, какой только может быть. Вот и всё, малышка…
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Это была очень странная и необычная зима. Жизнь Каро словно разделилась пополам: днём он занимался делами, исполняя обязанности лидера своей группировки, а по ночам… Ночью его сердце разрывалось от бесконечной любви и нежности, когда он держал в руках очередное послание Лики.
Реальность жизни была суровой: Каро не мог позволить себе ни одного лишнего взгляда или слова, ни одной улыбки, способной рассказать окружающим о его настоящих чувствах к этой девочке. Он изо всех сил старался смотреть на неё так же, как и все остальные, тщательно оберегая свою тайну не только от родителей Лики, но и от неё самой.
Это было ОЧЕНЬ трудно. С каждым днём, чувство, живущее в его душе, росло всё сильнее, и держать себя в руках становилось просто невыносимо. Особенно трудно контролировать свои эмоции было тогда, когда Лика плакала — и ему приходилось её утешать.
То, что в семье Орифа случилась очередная «катастрофа», Каро понял ещё на подходе к дому: громкий рыдающий плач Лики был слышен на всю улицу.
— Что у вас тут стряслось? — поинтересовался он, едва они с Максом переступили порог.
— Да серёжку одну потеряла! — равнодушно отмахнулся Ориф. — Весь день воет — никак успокоиться не может! Было бы из-за чего сырость разводить.
— Дай, я поговорю, — предложил Каро и направился в комнату к Лике.
Уткнувшись лицом в подушку, она лежала на кровати и рыдала так, что стены вокруг дрожали от её звучного голоса. Осторожно присев на краешек, он молча ждал, когда она обратит на него своё внимание.
Ожидание оказалось довольно долгим. Когда Каро уже начало казаться, что потоку слёз не будет конца, Лика вдруг резко замолчала и рывком села в кровати.
— Уходи! — низко опустив голову, потребовала она, и громко хлюпнула носом.
— Нет, — спокойно ответил Каро и вновь замер в ожидании.
— УХОДИ!!! — настойчиво повторила своё требование Лика. — Я не могу реветь, когда ты тут сидишь!
— И не надо… — невозмутимо покачал он головой. — Поговорим…?
— А чего тут разговаривать? — раздражённо фыркнула она, по-прежнему не поднимая головы. — Её всё равно уже не найти — я даже не знаю, где её потеряла!
— Это не значит, что мы не можем ничего исправить, — всё с тем же абсолютным спокойствием заметил он. — Любую проблему можно решить.
— Да?! — язвительно посмотрела она на него. — И КАК?!
— Ну… тут есть разные варианты… — задумчиво ответил Каро. — Во-первых, можно отнести оставшуюся серьгу к ювелиру и заказать точную копию — тогда у тебя вновь будет две серёжки. Во-вторых, можно самим переделать ту, что у тебя осталась: если снять с неё дужку — получится неплохой кулон, который можно носить на цепочке. Выбирай сама: тебе какой вариант больше нравится?