Но Ахрам, по-видимому, вообще не придаёт значения ни одному моему слову. Его руки, как и в первый раз, свободно скользят по моему телу. Одной рукой он ласкает низ живота, другой сжимает мою грудь.
– Тебе надо расслабиться, – шепчет мне в ухо и тут же прикусывает кожу под ним.
– Нет. Нельзя. Мне нельзя. Я не хочу…– бормочу в ответ.
Но стоит Ахраму сжать сосок между пальцев, как моё тело, перестав слушаться, прижимается спиной к груди Ахрама.
– Врушка.
Поцелуи спускаются ниже. Его губы скользят по шее, собирая капельки воды.
– Я…я ещё не успела намылиться…
Голова кружится, мысли вместе с водой стекают в канализацию. Тело окончательно поработило разум. И во всём виновата моя повышенная эмпатия. Если меня так пробивает похотью, представляю, как велико желание хашийца.
Я даже не замечаю, в какой момент в руках Ахрама появляется губка. Он разворачивает меня к себе. Хочу прикрыться, но он ловит мою руку и начинает намыливать запястье. Почти невесомо прикасается к коже. Проводит губкой по ладони, пальцами другой руки массирует каждый пальчик. Когда его пальцы скользят между моих, тело словно вспыхивает. НИкогда не думала, что просто рука может так возбуждать.
– Нравится? – спрашивает меня, а я ничего ответить не могу.
Его руки уже скользят выше, намыливают ключицу, другую руку, очерчивает грудь. Слегка прикасается к соскам, они болезненно ноют. И нет в его прикосновениях ничего откровенного, но меня каждый раз пробивает, будто лёгким разрядом.
Когда рука спускается к низу живота, я рефлекторно свожу ноги, не давая проникнуть Ахраму между ног.
– Не надо сопротивляться. Я всё равно возьму тебя, – его слова поднимают во мне протест. Качаю головой.
– Нет. Я не согласна. Всё должно быть по обоюдному согласию. А ты меня принуждаешь.
– Нет. Не принуждаю. Ты сама хочешь. Уверен, между ног ты вся мокрая.
– Конечно, мокрая, я же в душе.
Стоим напротив друг друга. Он улыбается, оголив зубы. Его улыбка больше оскал напоминает. Я же, наоборот, зла и усердно хмурюсь, чтобы придать себе более грозный вид. Упираюсь ладонями ему в грудь.
Ахрам ловит мою руку и опускает вниз.
– Возьми его.
Пальцы смыкаются на горячем пульсирующем члене Ахрама.
– Что ты делаешь? Я не хочу тебя трогать.
Пытаюсь отдёрнуть руку. Но Ахрам, зажав мою руку своей, начинает двигать рукой вверх и вниз.
Шелковистая кожа, которая обтягивает твёрдый словно дерево ствол, приятно щекочет ладонь. Я вижу, как Ахрам закрывает глаза, как его кадык дёргается. Сама не понимаю, почему мне нравится трогать его, нравится, как скользит ладонь по его члену. И он меня уже так сильно не пугает.И даже когда Ахрам убирает свою ладонь, я продолжаю повторять те же движения, пока с губ Ахрама не слетает хриплый стон, а на мои руки проливается белая жидкость.
Я потрясённо смотрю на свою руку, как капли смывают с неё результат моей работы. Ахрам кончил в моих руках. Эта мысль ввергает меня в ступор. Поднимаю голову, чтобы посмотреть на него, и, не успев открыть рот, уже принимаю в него язык Ахрама. Он целует жадно, настойчиво, будто страсть нисколько не уменьшилась, а разожглась ещё больше.
– Хочу тебя, но не здесь. Идём в кровать.
И хоть моё тело ноет от желания, я не готова пока лишаться девственности.
– Нет. Ахрам. Я…я устала. Хочу спать. Прошу, не заставляй меня.
– Я не заставляю. Просто твоё тело говорит совсем о другом. Это какая-то землянская традиция – говорить не то что думаешь? – спрашивает Ахрам. Подхватывает на руки, выключает воду и выносит из душевой.
Вода ещё стекает с наших тел и волос, но его совершенно это не смущает.
– Мне надо вытереться.
– Не надо, само высохнет.
Опускает меня на кровать. Придавливает своим телом. Мне не сбежать. Остаётся только признаться. Может, для него хоть что-то будет значить моя невинность.
– Ахрам…
Он не обращает внимания, спускается к моей груди, языком касается кончика соска. А меня от этого чуть не подкидывает, настолько неожиданное ощущение, резкое, пронизывающее.
– Ахрам, – снова зову его, не узнаю свой голос. Он тоже хриплый. Рукой хватаюсь за его волосы, чтобы привлечь внимание.
– Ахрам, послушай меня.
Он поднимает глаза на меня, дикий взгляд обжигает.
– У меня не было мужчин… Никогда, – наконец, открываю свою тайну. Его взгляд становится более осмысленным. Но вместо того, чтобы отпустить меня, он раздвигает рукой мои ноги, и пальцем проникает внутрь меня.
Мне не больно, наоборот, хочется, чтобы его палец не останавливался и продолжал двигаться.