Хашиец уходит. А я иду на мостик, сменить Юлю.
Она с радостью передаёт мне управление.
– Никогда не любила водить эту колымагу, – презрительно оголяет верхние зубы.
– Что ж ты тогда летаешь на ней?
– Других вариантов пока нет. Как только появится, сразу уйду.
Да, отличная у нас команда. Нечего сказать.
На мостике появляется капитан.
– Где твой графон? – с укоризной спрашивает Паша.
– У стражника на посту остался, так же как и бластер. Прости, Паша, но времени не было забирать его.
– Ясно.
– Что там с двигателем?
– Ну если механик не наврал, то всё нормально.
– А ты предложи ему прокатиться и оцени реакцию.
– ДАже спрашивать не пришлось, он сам попросился с нами на землю, когда узнал, куда мы лететь собираемся.
– О, даже так? И ты ему веришь?
– Нет, конечно. Но я лучше возьму его с собой до Земли, чем отдам девять пиклей.
– Ого! Это он за работу столько запросил? – сумма, конечно, немаленькая, но и работа тоже ответственная.
– Ну да. Ахрам договорился. Вроде прожил здесь, у торговца, а торговаться так и не научился.
– Кстати, где торговца высаживать будем? – интересуюсь и проверяю мониторы, нет ли за нами погони.
– Недалеко от его дома, чтобы сам дойти мог. Юля над ним немного поколдовала, память должна нарушиться. Так что, может, повезёт, и он нас нескоро ещё вспомнит.
– Было бы здорово.
Подлетаем к дому торговца, как и договаривались. Ахрам лишь языком цокает, когда открывается люк.
– Зря вы это делаете. Надо было шею ему свернуть, и всё. Недостоин он жизни с его грязными делами.
Куа Коро, услышав голос Ахрама, дёргается и смотрит полупьяными глазами на него.
– Это всё ты. Ты навёл на меня грабителей.
– Как-то быстро к нему память вернулась, – бормочет Пашка, он и сам уже начинает жалеть о своём решении, но и свернуть шею безоружному ни у кого рука не поднимается.
– Скажи спасибо, что эти грабители подобрее меня оказались. Будь моя воля, я бы тебе уже давно просто выкинул с корабля в пустыню, чтобы ты на себе ощутил гостеприимство вашей планеты.
– Нет! Нет! Я не хочу в пустыню, – начинает верещать торговец и, резко сорвавшись с места, подпрыгивает и исчезает в щели открывающегося люка.
– Куда? – только и успевает крикнуть Пашка.
Когда космолёт приближается к земле, в открытый люк виднеется скрюченная фигурка торговца. Он воткнулся головой в песок. Слишком с большой высоты спрыгнул.
– Туда ему и дорога, – шепчет Ахрам и плюёт в его сторону.
– Я хотел сохранить ему жизнь, но он сам выбрал смерть, – словно оправдываясь перед всеми, говорит Паша.
– Пора улетать с этой планеты. Так что давайте подберём слёзы и уже, наконец, рванём отсюда, – зато Юля нисколько не скорбит. Она всегда говорит прямо, что думает, и иногда меня откровенно пугает её жестокость. Но в том, что надо поскорее убираться с Шарабана, согласны все.
Паша закрывает люк.
Я возвращаюсь на мостик и направлю космолёт в небо, к звёздам. И когда вырываемся за пределы притяжения планеты, мне даже дышать становится легче. Настраиваю курс на Землю и перехожу в режим варп-прыжка.
Молиться не умею, да и не знаю, кому из богов, уж слишком много их во вселенной. Но успокаивает мысль: если механик с нами, значит, уверен в своей работе.
– Переход в сверхсветовой режим перешёл успешно, – доносится из динамика женский голос нашего ИИ.
Ну, слава богу. В этом режиме до Земли нам лететь ещё неделю. А теперь я хочу очень сильно отдохнуть. После всего напряжения чувствую в руках и теле слабость. Меня даже слегка заносит, когда выхожу с мостика.
– Мне надо с тобой поговорить, – ко мне подходит Паша и придерживает за локоть. – С тобой всё нормально?
– Да. Вполне. Просто устала. Разговор не может подождать немного?
– Нет.
– Я слушаю.
– Я не хочу, чтобы нас кто-то слышал.
Паша тянет меня за собой, всё так же придерживая меня за локоть.
– Паш, что случилось? – начинаю волноваться.
Что же там опять могло произойти?
Но Паша молчит.
Подходим к его каюте, и он буквально вталкивает меня туда.
Глава 19
– Я, конечно, понимаю, что ты капитан, но это не даёт тебе права, заталкивать меня в свою каюту, – начинаю возмущаться, но Паша перебивает меня.
– Ты спишь с Ахрамом?
Несколько секунд вглядываюсь в его лицо. С каких пор капитана волнует моя личная жизнь?
– Я не обязана отвечать на этот вопрос, – скрещиваю руки на груди.
– Не обязана. Но ты просто можешь сказать, чтобы…Ну вдруг он принуждает. А я…я мог бы защитить тебя от его домогательств.