Девушка мягко рассмеялась, целуя нового жителя в розовый нос. Кот недовольно фыркнул, попытался вырваться, на что голубоглазая снова прижала его к груди.
- Вик, если честно, я больше боюсь за то, чтобы она его не убила. Рыбок вспомни, они ведь жили…
- Мама, ну хватит!
Глава 2.1
Время летело незаметно. Рутина в виде учебы и подготовки к экзаменам отнимало большое количество времени и сил. Уже безумно хотелось сдать экзамены и выдохнуть, но время с каждым днем растягивалось все длиннее. Репетиторы подгоняли, заставляя повторять материалы, учителя сокрушались после каждого «пробника», заявляя о безответственности учеников и «как раньше было лучше». От всего этого уже раскалывалась голова. Постоянное напряжение сказывалось на состоянии здоровья, а зимние морозы, что отказывались сдаваться, только способствовали постоянным простудам.
Единственным теплым лучиком в непрекращающейся рутине лечения и учебы, была семья. Постоянная поддержка, что была жизненно необходима, чтобы вставать по утрам, позволяла двигаться вперед, стараясь рационально распределять время и силы.
- Даш, что хочешь на ужин? – женщина, предварительно постучав, зашла в комнату к дочери, которая в свой выходной мучалась от высокой температуры, вместо того чтобы прогуляться с друзьями.
Девушка отреагировала не сразу, открывая бездумный взгляд от монитора ноутбука, где проигрывался сериал. Есть совершенно не хотелось, но отсутствие аппетита только бы сильнее беспокоило родительницу.
- Что приготовишь. Можно какой-нибудь суп, - с легкой улыбкой ответила брюнетка, заставляя себя оторваться от подушки.
Юркая черная тень тихой поступью вошла в комнату и без предупреждения запрыгнула к хозяйке, требуя дозу внимания к своей персоне. Сенька – на другое имя кот попросту не отзывался, первое время вызывая опасения по поводу его слуха – оказался на редкость адекватным котом. Гладить себя давал в меру, давал вымыть себя без скандалов и беготни по дому, мебель не драл, спал всегда с Дашей, и не пытался сбежать в открытую дверь или окно, гулял строго в пределах двора и не реагировал на соседских собак. Единственное, что первое время смущало – это его привередливость в еде. Все виды кормов были отметены, и только домашнюю еду кот ел с удовольствием. Ветеринары предлагали разные варианты изменения пищевого поведения животного, но ни один из советов не увенчался успехом. В итоге, мама теперь готовила еще и на кота, потому что ел он за троих, умудряясь при этом не толстеть.
- Мяу, - девушка улыбнулась, проводя рукой по гладкой шерсти. Гибкая спина прогибалась под касаниями, а мурлыканье мягкой вибрацией било по пальцам. Сенька принес с собой дополнительный оазис спокойствия и уверенности – держался всегда где-то рядом, даря умиротворение. Даже болеть рядом с ним было проще – кот лежал под боком, делясь своим теплом. Родителей он предпочитал игнорировать, отдавая все свое свободное время спасшей от холода хозяйки. Хотя и к ней он прикипел не сразу, первое время прячась от всех в самых дальних частях дома. Привыкал постепенно, но теперь отлепить было невозможно.
Тяжесть в теле постепенно отпускала – словно коты действительно обладали даром исцеления и забирали все хвори.
Серия сменилась другой, а Саванова даже и не думала следить за ходом сюжета и только бездумно следила за действиями героев, пока кот лежал под боком.
Отрывистый стук в дверь заставил подскочить обоих. Сонливость как рукой сняло, а внутри все дрожало от неожиданности.
- Дарья Викторовна, будьте так любезны открыть дверь, - знакомый звонкий голос сменила очередная бомбандировка двери. Стоило отдать нежданному гостю должное – без разрешения дверь не открывалась. – За вами санитары приехали, до них дошли слухи о вашем неадекватном поведении.
Даша фыркнула, поднимаясь с кровати, не смотря на попытки Сеньки заставить ее лежать дальше. Голова гудела и слабость в теле никуда не делась, но встречать гостя в постели не хотелось. Особенно этого.
- Разочарую тебя, Галюнь, - открывая дверь, ответила девушка, - врач не тот, кто первым надел халат.
Девушка влетела, словно вихрь, оставляя после себя шлейф цветочных духов и рыжие пятна перед глазами. Голова закружилась, но дверь служила неплохой опорой в сложившейся ситуации, пока ориентация в пространстве не стала сносной.