– Брутальные мужики носят бороды, – просветил хриплым голосом.
– Фу, дровосеки! – она задержала руку чуть дольше, прислушиваясь к ощущениям. Сладко тянущая спираль сворачивалась внизу живота. Волновал запах, голос, даже суровость красивого, взрослого мужчины.
Павел осторожно коснулся губами пышных волос. Аромат лесных ягод и свежести. А ещё Ада пахла невинностью. Он закрыл глаза, на секунду потеряв контроль. Палец коснулся гладкой щёчки. Как она может быть девственницей, если он лично лишил её?
Чёрный Мерседес осторожно остановился в трёх метрах от трапа. Никаких брызг из-под колёс под ноги босса.
С одежды на кожаное сиденье натекли лужицы. Пряди волос свисали на плечи мокрыми лентами.
– Да что же мне так не везёт? – Ада пересела ближе к сухому сидению Паши. – Думала принцесса на ручках, оказывается, мной прикрывались.
Он хлебнул из бутылки воды, прежде, чем уставиться на подопечную.
– Ты когда-нибудь бываешь довольной?
Грубый окрик показался обидным. Её на самом деле кидало из крайности в крайность, но она ничего не могла с собой поделать.
– Конечно. Петь охота, а я на нервах. Маму убили на моих глазах. Деда убили. Меня забрали в бордель и подарили дяде… – Мелкая дрожь била худенькое тело. – Везли в машине полной оружия, пытались убить… – Голубые глаза на мокром месте. – Продолжать?
У Паши ни одна жилка не дрогнула. Он продолжал пить мелкими глотками.
– Не надо. Я понял. Возражу против родства. В нас нет ни капли общей крови! – Железные пальцы с противным скрежетом закручивали жестяную крышку. – Тебя нужно показать психиатру. Тёма, поищи в аптечке успокоительное, – короткий приказ телохранителю.
Наполовину пустая бутылка точным движением заброшена назад в бар. Стекло со звоном ударило по металлу.
Ада вздрогнула, а он продолжил:
– Возможно, придётся положить на пару недель в психушку. Если не прекратишь жалеть себя.
Она трясла головой с видом побитой собаки, совсем как полдня назад.
Паша закрыл глаза. Откинулся на спинку дивана и вытянул ноги.
Напуганная пигалица немногим лучше обнаглевшей. Но хоть несколько минут посидеть в тишине.
Дождь бил по крыше, растекался слезами по окнам. Шины с шумом рассекали мокроту луж. Двигатель тихо урчал. Естественное звуковое сопровождение для отдыха.
Ада с удивлением наблюдала, за коротким сном спасителя. Оставалось позавидовать стальным нервам нового родственника.
Через час она стояла с открытым ртом напротив трёхэтажного дома в элитном посёлке.
– Ничего себе! – кирпичный дворец подавлял размером.
Сердце сжало неприятным предчувствием.
– Я обещал тебе новую жизнь. Вот первое из исполненных. Теперь живёшь не в хрущёвке. Лида покажет твои комнаты.
Ада робко нырнула в открытую дверь вслед за хозяином дома и замерла, сделав пару шагов. Внутри он был не менее впечатляющим. Взгляд упал на широкую лестницу.
Она крутила головой.
– Лида у нас кто?
– Управляющая. Со всеми вопросами к ней.
Их встретила женщина лет сорока. Кареглазая, темноволосая, чем-то похожая на стюардессу. Она с недоумением смотрела на нелепую гостью хозяина.
– Лидия Дмитриевна, это я. Вы сразу пройдёте к себе? Знакомство с хозяйством можем отложить на завтра.
Ада поёжилась под холодом неприветливого взгляда. Она не успела ответить.
Громкий голос заставил вскинуть голову.
– Дорогой, ты вернулся?!
Ещё одна черноволосая красотка стояла наверху лестницы. Длинные ноги едва прикрывал накинутый на голое тело халатик. Взгляд тёмных глаз с обожанием взирал на Павла.
Сердце кольнула ревность.
Глава 6
Павел недовольно рыкнул. Он мельком бросил взгляд на изменившуюся в лице гостью. Девочка не умела прятать эмоции. Меньше всего хотелось проблем от упёртой пигалицы.
– Дина, оденься! – Он говорил с любовницей властно, почти грубо.
Очередная, не тронувшая душу попытка создать семью. Девочка для визитов. Как он их называл. Обязательное приложение для любого мероприятия.
– Хочу познакомить тебя с дочерью моей сводной сестры, – фраза – «защита» от собственной глупости и желаний.
– Поняла. Минутку! – страх в чёрных глазах мгновенно сменился на лень жующей жвачку коровы.
Хозяин дома усмехнулся. Преданная до кончика хвоста «жвачная».
– А меня кто-нибудь спросит, хочу ли я знакомиться со шлюхой? – снова язык летел впереди мозгов, но слышать, как рядом с ней Паша занимается любовью с высокомерной мымрой, невыносимо.
Ада отставила в сторону босую грязную ногу. Руки в пиджаке со слишком длинными рукавами скрестились на почти плоской груди. Мокрые, спутанные волосы. В глазах попытка казаться гордой и независимой.