- Он не может. Какие-то семейные дела.
- Ясно. Ладно, только ради тебя, - неожиданно для себя соглашаюсь. Нужно же выбраться из дома. Хоть воздухом подышу.
- Тогда до встречи, - он отключается, даже не сказав куда и во сколько надо ехать.
***
Если бы я знал, что нужно идти на концерт нашей местной группы, ни за что бы не подписался. Ненавижу рок, не перевариваю этих пацанов, приторные какие-то. Зато девчонкам нравятся. Вон их сколько в таком крошечном зале.
Мы заходим внутрь, когда тут уже довольно тесно и первое, что бросается мне в глаза - это светлые волосы и знакомая фигура. На секунду пропускаю удар сердца. Мышца просто не сокращается, бывает.
Филя тащит меня в другой конец. Мест, естественно, нет. Придётся ещё и стоять. Но это все уже не важно. Я занимаю удобную позицию так, чтобы у меня был полный обзор, при этом сам остаюсь в тени. Сколько ни уговариваю посмотреть по сторонам, обратить внимание на других, бесполезно. Глаза сами возвращаются в исходную точку. Я уже рассмотрел Ангелину сверху вниз. Ничего особенного, чёрная майка, джинсы, напульсники (довольно странный элемент гардероба для неё). Обычная девушка, каких миллион в толпе. Но такая буря эмоций поднимается в груди от одного вида Очкарика, что сложно справиться. Периодически она оглядывается по сторонам, будто кого-то ищет, но меня не видит. Рядом с ней Самойлова - предмет всех мечтаний нашего Филимонова. Он, конечно, не признается, но пришли мы сюда только из-за Риты.
- Долго ты ещё будешь тянуть? - поворачиваюсь к Филе.
- Что? - он делает вид, будто не слышит.
- Филя, соберись ты уже. А то уведут у тебя Самойлову. Вот этот чувак со сцены и уведет.
Тяжко смотреть на Филимонова, но надо же как-то его встряхнуть. Он делает обиженное лицо и смотрит на сцену. Видимо, в первый раз и смотрит. Как и я, занят другим.
Я возвращаюсь к своему объекту для наблюдений. Но Очкарика уже нет. Только Рита, которая даже не заметила, что осталась без подруги. Я проталкиваюсь на выход, куда она могла пойти одна.
Далеко идти не приходится. Ангелина сидит на полу в коридоре. Глаза закрыты, сама бледная. Я сажусь рядом, убираю волосы с лица, чувствую, что она дрожит. Не знаю, что происходит, но её эмоции передаются и мне.
- Очкарик, ты как? - мне правда страшно за неё. Я глажу её по лицу, она открывает глаза и смотрит таким пустым взглядом. - Паническая атака? Тебе нужен воздух?
Однажды я уже видел, как ей было плохо в толпе. Неужели приступы до сих пор не прекратились?
Я поднимаю её на руки и несу на улицу. На улице уже довольно прохладно, она в тоненький маечке, на мне футболка, куртки мы оставили в гардеробе, мне даже нечего ей предложить.
- Я сейчас схожу за курткой. Побудешь здесь одна минуту?
- Нет. Мне не холодно. Не уходи.
Так много личного в этих словах. Ей плохо, а мне хорошо от того, что я, как вампир питаюсь её энергией и теплом, которого мне так не хватало.
Я ставлю её на землю, она тут же прислоняется ко мне. Руками пытаюсь обнять, чтобы она не замёрзла, а сам наслаждаюсь каждой секундой.
Человеку плохо, ей нужна помощь, а у меня все мысли только об одном.
- Тебе лучше? - с сожалением отодвигаюсь от Ангелины. Не хватает ещё, чтобы и она почувствовала моё желание.
- Да. Намного. Просто нужен свежий воздух, - взгляд становится осознанным.
- Давай я все же схожу за курткой, - теперь она начинает покрываться гусиной кожей.
- Да. Держи, - Геля достаёт свой номерок. Я быстро возвращаюсь обратно за куртками.
Пока хожу, она успевает спуститься по ступенькам вниз.
- Твоя? - я протягиваю ей куртку. Она тут же надевает её.
- Ещё раз спасибо тебе.
- Не за что. Отвезти тебя домой?
- Ты, наверное, хочешь вернуться? Я и сама могу добраться. Тут недалеко.
- Не особо. Ненавижу самодеятельность. И тебя в таком состоянии не оставлю. Пошли.
Она покорно идет за мной, видимо, нет сил на сопротивление. Я помогаю ей сесть и лично проверяю ремень безопасности. Ангелина говорит адрес. Я вбиваю в навигатор, и правда пешком совсем близко. Но мы поедем долгим маршрутом в объезд парка.
- Тебе лучше? - я смотрю и вижу, что она возвращается в свое обычное состояние. На щеках даже появляется подобие румянца.
- Намного. Артем, я твой должник.
- Всё нормально. Даша не простила мне, если бы я оставил тебя там одну, - как вовремя я вспоминаю свою девушку.
- Конечно.
Я дико хочу спросить про Князева, но тогда я спалюсь, что видел их у бара. Не стоит показывать, что мне есть дело.
- Ты больше не носишь очки? - перевожу тему в спокойное русло.
- Я в линзах. Все никак не могу решиться на операцию.
- Это опасно?
- Нет, - она улыбается. - Совсем нет. Просто я трусиха.
Как назло красный свет, долгий светофор. Я рассматриваю Ангелину сверху вниз, лицо, волосы, шея, грудь, живот, бедра. Она, как ни в чем не бывало смотрит по сторонам, не понимая, какие эмоции вызывает сейчас во мне. Это все потому, что у меня давно не было секса. Сколько там уже? И тут она, в образе девочки-припевочки.
Неожиданная идея приходит в голову. А если мы тупо переспим, получится её забыть и жить дальше?
Эта мысль не даёт мне покоя. Я уже не могу думать ни о чем другом. Остаётся только предложить Очкарику такой вариант.
На следующем светофоре я снова принимаюсь разглядывать её. Параллельно вспоминаю свои ощущения от вынужденной близости в лифте.
- Артем, почему ты так смотришь?
- Догадайся, - даже голос становится грубее, чем обычно. - Я тебя хочу.
- Ты о чем? - она и правда не догадывается.
Терять мне нечего, я просто кладу руку ей на колено и плавно поднимаю её выше по бедру. Даже такой жест воздуждает на всех уровнях.
Ангелина не ведётся на провокацию. Осторожно берет мою ладонь и сжимает, будто мы старые друзья.
- Артем, зелёный свет.
Мне приходится убрать руку.
- Ничего не скажешь? - так интересно узнать, что происходит в её голове. Я только что открытым текстом дал понять, что хочу с ней переспать, а она ведёт себя, как ни в чем не бывало.
Глава 13.
АНГЕЛИНА
От его прикосновений мурашки разбегаются по всему телу, а жар собирается где-то внизу живота. Чтобы отвлечь себя я беру его за руку, она такая холодная, как и сам Артем.
Страшно, но я даже обдумываю предложение Соколовского целых три секунды. Вот значит, как он ко мне относится. Как к сексуальному объекту и ничего больше. Больно это осознавать.
Он трогается на зелёный свет. Я смотрю на левое запястье, где из под куртки можно рассмотреть букву А. Когда-то татуировка была моей, возможно сейчас он придаёт ей другое значение, или вообще не обращает внимание. Непроизвольно глажу правый напульсник. Я правильно запомнила шрифт. Наши буквы отличаются только тем, что располагаются на разных запястьях.
- Как же Даша? - прежний Артем не пошёл бы на измену. А этого я совсем не знаю и не понимаю.
- При чем здесь она?
- Ты делаешь мне такие предложения, при наличии девушки.
- Всё останется по-прежнему. Я же не предлагаю тебе встречаться или быть вместе. Просто секс, ничего больше.
- У нас ничего не будет, - я удивляюсь своему спокойствию. Сердце истекает кровью, а я разговариваю, как ни в чем не бывало. Может дело в том, что я до конца ещё не принимаю происходящее.
- А с Демьяном, значит, будет? - он сжимает руль со злостью.
- Тебя это не касается.
- Очкарик, а тебя не смущает, что он тупо хочет с тобой переспать и бросить.
- А чем он отличается от тебя? Ты только что сказал мне тоже самое. И в отличие от тебя, он полностью свободен и ведёт себя совершенно по-другому.
Соколовский молчит. Хотелось бы прочитать его мысли. И почему он постоянно переводит тему на Князева. Они будто соперники.
- Возможно, он поменялся, а ты и не заметил.