Но Люциан привёл именно человека!
Зорчий обладает удивительными способностями находить информацию, анализировать и выдвигать оптимальные решения. Хоть он и наглец, но именно это, плюс наш с ним договор спасают его от печальной участи.
Будучи моим зорчим, он знает больше, чем нужно, как и то, что миграция демонов в мир людей нарушает баланс. Попав в мой мир и будучи единственным, кому доступен проход между мирами, Люциан добывал для меня информацию. Вместе мы пришли к неутешительным прогнозам. Баланс нарушен. Ещё незначительно, но всему виной мои подданные — демоны, тайно проникающие в мир людей и паразитирующие там.
Стоит демону сбежать туда и для меня он становится недосягаемым. Это подрывало мой авторитет, потому что демоны прекрасно об этом осведомлены и желающих сбежать в мир людей, даже ценой полной потери сил, для них кажется привлекательной альтернативой существования в собственном мире. Я пытался донести до них, насколько они ошибаются, но «шёпот» разносил совершенно противоположную информацию и абсурдные слухи, что я предупреждаю их лишь потому, что сам не могу попасть туда же. По последним полученным данным, в мир людей удалось просочиться не только низшим демонам, но и нескольким одиштам, которым удалось себя довести до крайней степени истощения.
Одишты — сложные создания. Самое близкое к ним в земном фольклоре, это демоны-искусители. Одишты— совершенные внешне создания. Уже этим они выделяются среди прочих демонов. Они способны внушить свою волю даже здесь, другим демонам, а на земле их возможности гораздо шире. Одишты без усилий способны вызвать у человека необходимые чувства: любовь, ненависть, зависть, заботу. Даже один одишт может повести за собой массы людей, захватить власть, создать собственное государство. И утечка сразу трёх одиштов в мир людей слишком большая опасность. Даже насытиться им, в отличии от других видов демонов на земле, несложно. Они прекрасно впитывают даже непреобразованные во тьму эмоции: боль и прочий негатив.
Но самое страшное, побег лихозара в мир людей, мне удалось предотвратить. Мы с Люцианом и Герионом нашли его в истощающей капсуле. Судя по всему, он пролежал в ней около двух сотен лет и всё ещё не был готов к переходу. Мир людей никогда не пропустит в себя кого-то сильнее человека, исключая некоторые сущности, для коих не существует границ, в число которых вхожу я.
В тот момент, когда мы его нашли, даже Люциан выдохнул, и, с хищной улыбкой на лице, уничтожил капсулу с лихозаром. Лихозары — самая древняя и в то же время самая немногочисленная раса моего мира.
Демоны-экспериментаторы. Они сильны. По этой причине им сложно проникнуть в мир людей, практически невозможно, ведь не каждый готов доводить себя до истощения несколько сотен лет подряд. Но если случится подобное, — жди беды вплоть до вселенского масштаба.
Именно появление этих демонов провоцировало мои визиты на землю. Если вовремя не уничтожить лихозара, то вся земля, станет его полем для экспериментов:
«А что будет, если мгновенно сместить полюса земли на экватор? Как поведёт себя вода?» — как-то задался вопросом один деятель.
Всемирный потоп совсем не легенда.
Чума? Проказа? Если вовремя не остановить демона, поплатится не только мир людей. Всё осложняется тем, что они способны тянуть энергию буквально из всего.
Однако, в мире демонов лихозары довольно полезны. Они двигатели прогресса, хранители знаний, экспериментаторы. В этом мире для них существуют строгие ограничения. Эксперименты на других демонах для них строго запрещены, хотя время от времени ко мне доставляют нарушителей.
Но на земле всё усложняется тем, что зорчий, как, впрочем, и остальные демоны, не отличает лихозаров и одиштов от людей и видит лишь результаты их деятельности, вычисляя их местонахождение по оставленным «следам». Это удаётся нечасто. Ослабленный демон внешне ничем не отличается от человека. Лишь я способен чётко определить сущность и когда-нибудь это сможет мой союзник — жена.
Люциан не так давно стал моим зорчим, за пару сотен лет до начала новой эры на земле. Он попал сюда неслучайно. Пару тысячелетий назад, сюда его перенёс Герион. Зорчий не распространяется о своём прошлом, но он немало рассказал мне про мир, из которого пришёл, а так же его историю. Нечто похожее, происходило и в его мире. Всё начиналось так же безобидно, как и в нашем, — с неповиновения и нежелания следовать законам мира.
Теперь Люциан пытается спасти наш мир от той же участи, потому что Армадон единственное пригодное для его жизни место. В этом мы с Люцианом похожи. Я тоже могу существовать лишь в этом мире. Это некая расплата за силу, которой нас наделило мироздание, чего не скажешь о страже и безмолвном хранителе самой тайны мироздания — Герионе. До случая с Люцианом я и не подозревал, что он способен перемещаться не только между нашими двумя взаимозависимыми мирами, но и куда-то ещё.
Цепочка выстроилась.: Герион привёл для меня зорчего, тот в свою очередь, привёл для меня человека, а с человеком в мой мир ворвались человеческие проблемы.
Но почему я странно повёл себя тогда, ещё до ритуала?
Первое впечатление после того, как зорчий развернул девушку ко мне: «Обычный человек с глупо вытаращенными глазами».
В тот момент передо мной стоял, ещё более слабый чем низший демон, человек.
— Да ну нафиг! — пытается отступить, увидев меня, но зорчий блокирует пути отступления.
Однако, в следующее мгновение, замечаю, что человек с любопытством, безо всякого страха, меня рассматривает.
Не помню, чтобы меня вообще кто-то смел так рассматривать, разве что этот наглец Люциан, пользующийся тем, что он единственный, способный достоверно докладывать мне о ситуации на земле.
Он единственный знает тайну, но в качестве решения передо мной стоял слабый человек. Да, ещё тогда это выглядело как ловушка для меня, но я до сих пор не могу понять, где подвох и был ли? Подобных ритуалов история не знала. Учитывая, что я не то существо, которое нуждается в паре или размножении, а потребности лично контролировать ситуацию на земле у меня не возникало, — то статистике взяться неоткуда. Ранее союз с более слабым существом, способным быть моим маяком живя на земле, мне не был нужен.
Земляне слишком ошибаются, полагая, что их мир слаб и не защищён. В него может попасть лишь слабое, не представляющее опасности существо — такое, как человек или доведённый до истощения, слабый демон. И даже проникнув туда, ни один демон неспособен нарастить былую мощь, благодаря защитным особенностям их мира.
Люциану я не доверяю, как и демонам, но у нас сделка: он не может мне соврать, работая моими глазами в мире людей, взамен получает гарантию, что моя сила не причинит ему вреда. Впрочем, без моего разрешения он не смог бы остаться в этом, более комфортном для него мире. Если демоны лишь питаются за счёт тьмы, впитывая из неё необходимые им питательные составляющие, то сущность Люциана и есть тьма. Поэтому постоянное нахождение на солнце в мире людей способно ему серьёзно навредить, а выжить без подпитки из Армадона он и вовсе не сможет. Как-то он обмолвился, что при подобном раскладе, при разумном расходе сил, на пару смертных жизней ему точно хватит.
— Же-на? — уточняю у зорчего, и вижу, что человек моментально морщится от моих слов.
Люди даже мой голос выдержать неспособны, умирая от болевого шока. Но эта терпит, и даже не жалуется. Более того, человек оказывается смелым и не боится отстаивать свою точку зрения перед Люцианом, которого мои подданные боятся, чуть ли не как меня.
Да именно тогда, в первые мнгновения, я почувствовал в этом человеке нечто особенное и оно будто притягивало к себе моё внимание. Когда-то давно я мог подобным образом чем-то заинтересоваться, но спустя миллиарды лет, казалось не осталось ничего, способного хотя бы всколыхнуть мой интерес.