А чем может поделиться человек, кроме эмоций или же собственной жизни?
И всё же всё должно было быть не так…
Где именно произошёл сбой и что послужило причиной, нужно понять в первую очередь, но с момента ритуала, у повелителя так и не нашлось достойного ответа лишь предположения, догадки, который он, как правитель не приемлет. Ему нужен чёткий ответ, причины.
Он был готов к тому, что после ритуала пройдёт немало времени, прежде чем он сможет влиять на мир людей и наконец навести там порядок. Но уже сейчас понимает, что за это время он точно сойдёт с ума: раньше невиданные ему эмоции проявившиеся в день ритуала с каждым днём становились всё ярче.
Нет, не его собственные, — её! Не имея своих, он чувствует эмоции жены и чётко улавливает связь между женой и собственной силой.
Жена каким-то образом влияет на него, — на самое могущественное существо в двух мирах! На того, кому подвластно уничтожение вселенных! До встречи с ней на него никто не был в состоянии повлиять!
Когда он чувствует, что она счастлива, — его сила растёт. Подобного тоже не должно происходить. Это плохо. Опасно для обоих миров. Однако для самого повелителя это лучше, чем обратное: когда ей больно, он сам задыхается от неведомого ему раньше удушающего чувства боли, пронзающего всё его тело. У него вообще не может быть особо ярких чувств. Его тело иное. У него нет органов как у людей, которые поддерживают их слабую жизнь, нет нейронов, которые предупреждают человека о неполадках в теле. Он хранитель двух миров, дух Солнца и Повелитель Армадона со дня его сотворения, — именно в нём он нашёл пристанище. Ему чужды потребности людей или демонов, как и чужды их эмоции. Даже этот силуэт, — это лишь принятая им форма, чтобы подданные воспринимали его как одного из них, а не нечто чужеродное.
Почему же эта женщина так на него влияет? Повелитель прекрасно понимает, — эта с каждым днём усиливающаяся боль отдача от невыполненного во время ритуала обещания: Простое счастье — он даже вообразить не мог, что это может значить. Тогда у алтаря он не видел в этом проблемы, но теперь с каждым днём приступы боли всё сильнее, а он до сих пор не представляет, как устранить эту проблему. Она несчастна даже тогда, когда он дал ей всё, что мог дать! Ещё до взрыва, его приступы стали очевидными, он уже начал избегать подданных, чтобы они не застали его во время одного из них. Потом случился «спасительный» выброс и теперь повелитель скрыт от глаз, а значит, избежит и волнений среди подданных. Но долго ли может прятаться повелитель целого мира от глаз подданных?
Ясно одно: всё усугубилось. Теперь он не только не может покарать непокорных демонов в другом мире, но даже показаться на глаза своим подданным в этом.
Она его звала… Когда ей было плохо, она хотела его видеть, — искренне. Он чувствовал это вместе с ней. Этот ритуал будто поделил одну душу на двоих — её душу. Не буквально, но, тем не менее, её боль — это теперь и его боль тоже, с той лишь разницей, что невыполненное им озвученное перед алтарём желание, усиливает боль во сто крат.
И как люди, такие слабые существа, способны выдерживать подобное?
Если подумать, произошедшее на ритуале похоже на подставу, но неужели зорчий посмел? Нелогично. Если миры погибнут, он сгинет вместе с нами, так как сам застрял здесь навсегда.
Разве что Люциан нашёл для себя запасной выход?
Может, он специально привёл именно Светлану и знает о ней больше, чем сказал?
Если вспомнить, ещё до ритуала, она воспринималась мной иначе, чем остальные. Тогда я внимания не обратил, подумал причина в том, что она человек, с коими я дела иметь не привык, — а если это не так?
Смогу ли я найти зацепку в воспоминаниях о нашей первой встрече?
Глава 20
Человек, совершенно меня не замечая, будто сложно заметить мой силуэт хотя бы по сиянию, рассеивающему тьму вокруг, — раскрыв рот рассматривает зорчего!
Столько эмоций на лице, перетекающих одна в другую, что, кажется, будто и от неё идёт свет.
Не сказать, что я впервые увидел здесь живого человека, но эта кажется особенной, — что-то любопытное прослеживается в её реакциях. Это пробуждает необычное для меня ощущение — интерес.
— Знакомься. Твоя жена. Соответствует всем условиям. Единственная в нашем мире, — произносит Люциан и ему удаётся меня удивить. Мне казалось нереальным найти ту, которая выдержит церемонию.