- Я… К мачехе твоей пришёл. - С заминкой ответил он.
- Шастаешь, как у себя дома. Чтоб я тебя больше здесь не видела. А то позвоню в милицию, скажу что ты огурцы воруешь наши, и бабкин сервиз спёр.
- Что ты говоришь такое? - Выкатил он, свои голубые глаза.
- Что есть, то говорю. Шляются тут, кто не попадя. Нету твоей Лизки, упорхнула она, ещё пару дней назад. Папка убивается, она кажись и заначку его прибрала. Может и сервис бабкин она спахнула? - Задумалась я.
- Подожди, как упорхнула? - Озадачился он.
- Ножками. Шмотки все свои с побрякушками забрала, и укатила. Батю бросила. Не удивительно, мужик-то за ней красивый приехал, не обижайся, но поинтереснее тебя, брюнет, высокий…
- Чего?! Ах, сука! - Покраснел он.
- Ты чего обзываешься? Я между прочим, несовершеннолетняя! - Насупилась я.
- Да ты то тут причём! Вот же дрянь! - Схватился он, за белобрысую чёлку, и зашагал по огороду.
- Ты мне тут не топчи, тут виктория так-то посажена.
Он махнул рукой, и ушёл прочь. А я обмякла под яблоней. Устала я.
Отец не вынес, что его любимая, укатила с брюнетом, и стал спиваться. Слава Богу, он дожил до моего восемнадцатилетия, а потом, его разбил инсульт, и он скончался в больнице. Но до последнего, он вспоминал Лизу.
ГЛАВА 11
Я проснулась, в скверном настроении. Мачеха и отец - воспоминания, не из приятных.
«Надо с Татьяной, навести мосты…»
Татьяна… Я даже не помню её. Как налаживать то с ней.
Пока я зевала, и валялась, пришла Галина.
- Пора умываться, и чистить зубы. - Назидательно сказала она, а я подивилась. Неужели она не видит, что я взрослая женщина.
Но не стала ей перечить, а послушно, опираясь на неё, пошла совершать утренний туалет.
Потом, она заплела мне две косы, и сообщила, что завтракать, теперь, я буду в столовой. По приказу Алоизовича, мне пора выдвигаться в социум. Я кивнула, и мы отправились в столовую.
«Надеюсь, сегодня, нам никто не навалит кучу, в столовой?»
Кучу конечно никто не навалил, но разглагольствования деда, было слышно с коридора. Смакуя подробности, дед зычно басил:
- И вы понимаете, эта бессовестная девка, прокралась в центр гостиной, как Наполеон, в Москву, в тысяча восемьсот двенадцатом, встала, нагнулась, раздвинула руками свои срамные ягодицы, и выдавила на пол, огромную кучу говна!
- Семён Игнатьевич, вы бы покушали… - Пропищала медсестра.
Я как раз зашла в столовую, и вежливо поздоровалась.
Дед, изогнувшись в кресле, отмахнулся от медсестры, и продолжил:
- Понимаете, испражнилась, как в хлеву! И это в таком-то заведении!
Кучка тётушек, заохали-закивали, а дед довольно заулыбался, поглаживая бороду.
- Раньше бы её засекли, плетьми! И правильно сделали! Вот в наше время, было воспитание, на горохе стоять, или кнут! И выросли приличными людьми, где это видано, чтобы кто-то, в центре гостиной испражнялся, а?
Усталая медсестра, попыталась успокоить дедушку, но он снова отмахнулся:
- Я вам так скажу, дамы, поговорка : «Бей бабу молотом, станет баба золотом», не просто так взялася, жена моя, покойная Нюрка, царство ей небесное, как-то раз макароны мне, слипшися подала, так я на ейную голову, эту сковородку-то и одел! Во как! С тех пор, такого и не было!
Тетушки притихли, а я усмехнулась.
Деда наконец-то, увезли. Очень хорошо, не будет аппетит портить.
Я жевала омлет, и робко осматривалась по сторонам. Столовая была в бело-мятных, приятных тонах, чистая. Народу было, мало. В основном, все спокойные. Сколько бы я не пыталась, искоса увидеть Татяну, ее не было. Зато Церберша, была на страже. Она цепко следила, чтобы я все доела, и подхватив меня за локоть, повела в палату.
- Сейчас часок отдыха, потом процедуры, и бассейн.
- Хорошо. - Уныло выдохнула я, медленно плетясь в палату.
Нагрузки на тело, становились все тяжелее, но зато мое тело крепло, день ото дня. Я уже могла ходить и самостоятельно, но почему-то решила этого не показывать.
«И правильно, а то придёт твой Бес, и опять начнут нас закалывать, по его прихоти. Будем потом слюни пускать.»
Я хорошо позанималась, хоть и чертовски устала. Туман в голове, практически выветрился, но я по-прежнему, не могла вспомнить семейную жизнь. Я не помнила где я училась, но понимала свою профессию, своё призвание. Я помнила учебный материал, и даже какие-то отрывки из книг, по психологии, но не помнила одногруппников. Я анализировала персонал в клинике, например, понимала, что Галина имеет, доминирующий, гиперопекающий тип личности, с повышенной тревожностью, стремящаяся к идеальной исполнительности. Обычно, такие люди, внимательны к деталям, и осторожны в принятии решений.
Именно поэтому, к ней лучше подобрать ключик, через материнство.