Генералов растерялся. Я никогда раньше не видела на его лице столь отчётливое толи удивление, толи страх. Ян выглядел как мальчик, которому перекрыли кислород. И куда делась вся самоуверенность?
— Выскажи мне всё что накипело, — предложила я, — а я выслушаю, и ни слова не скажу против. Не имею права.
— Эля это всё прекрасно, ты поняла свою ошибку, но я не посчитал твой поступок обидным и несправедливым по отношению к себе, — настала его очередь выбивать почву из-под моих ног. — Ты была не в настроении, и я понял это сразу, как только мы встретились. Мне показалось ты, просто перенервничала девочка, ничего страшного не произошло. Не оправдывайся и не смей считать, что на что-то не имеешь право.
Ещё немного и я расплачусь или рассмеюсь от накативших чувств. Какой же он… потрясающий парень. Положив голову ему на плечо, я почувствовала себя на своём месте, умиротворённо и сладко.
— Угомонилась девочка? Теперь мы можем вернуться к нашему нормальному общению? А то эти твои загоны начинают меня пугать, — улыбнулся Ян, и хотел было поднять руку, очевидно чтобы погладить меня по волосам, но она ему не подчинилась.
Я резко поднялась и обеспокоенно притронулась к ладони левой руки Яна. Понимая, что мало чем могу помочь стала поглаживать. Это всё на что способна обычная школьница в такой ситуации.
— Болит? — посмотрела я на него, а Ян снова предпринял попытку, но теперь хотел сжать мою руку, но опять-таки не вышло.
— Не болит, — дрожащим голосом ответил он.
— Тогда что ты чувствуешь?
— У тебя когда-нибудь сводило ногу в воде?
— Да, когда мы ездили к бабушке в деревню и купались в ледянющей речке.
— Похожие ощущения, — сквозь тяжесть своей проблемы, он всё же сжал мою руку, — прошло.
— Часто это происходит? — переплела я свои пальцы с его, и мне стало слишком хорошо, чтобы это могло продолжаться вечно.
— Каждый день по утрам я испытаю дискомфорт. Помнишь, я рассказывал о перекошенном лице? Я не шутил. Тебе лучше не видеть эту картину. Вначале я жуть как пугался смотреть на себя в зеркало утром, но теперь это необходимо, чтобы делать себе массаж, мышцы расслабляются, и всё приходит в относительную норму, — на его лице играла улыбка, но я видела его насквозь, Ян молча кричал о боли, и никто не слышал мольбы о помощи.
— Глупости, опять ты говоришь сплошные глупости Генералов, я не пугливая аморфная девочка, я стойкая как гора леди, — авторитетно заявила я. — Кстати, отчего зависит то, что случилось сейчас? Ты напрягся или как…
— Иногда напряжение, иногда зависит от эмоционально фона. Порой и задуматься не успеваю, меня клинит.
Мы не успели договорить. Явилась учительница по английскому языку, и весь класс погрузился в мир урока.
Весь школьный день я старалась быть рядом с Яном, принимать наши с ним отношения, и началось даже получаться. Он поражался моему терпению, а я счастлива его радовать. Сегодня видимо был не самый благоприятный день, и Генералова часто заносило с его болячкой, но я всегда старалась помогать. Я видела как ему неловко, от того что его состояние заставляет меня напрягаться. Генералов строил из себя храбреца, но иногда даже встать со стула нормально не мог без моей помощи. Чтобы никто не видел этого, и не понял всю суть проблемы, я изображала, как шуточно тяну его на себя, мол, хочу прогуляться, а он мне отказывает. За мою простую человеческую доброту он поблагодарил меня после уроков, когда мы вышли из здания школы.
— То, с каким рвением ты придумываешь новые способы помочь мне, заслуживает как минимум горячих объятий.
— А как максимум страстных поцелуев? — осмелилась выдвинуть я предположение.
— Ой, Эля, какие ещё страстные поцелуи? Что там по обычным? Даю сотку, что ты неопытна в таких вещах, — подловил он меня, и взял за руку.
— Стану опытной, если дашь мне пару уроков, — гнула я свою линию. Он меня не переиграет. В худшем случае, придётся поцеловать его, что меня не может не пугать.
— Обязательно.
Я заметила, что мы направляемся в сторону моего дома, но туда мне вовсе не хотелось. Я собиралась продолжить наши здоровые отношения с Яном где-нибудь на прогулке в парке или по городу. Притормозив его, я стала упираться.