Я хрипло рассмеялась.
— Понял, значит? Когда втоптал меня в говно, понял? Я так за тебя рада мальчик мой, — смогла-таки я повернуться и даже присела, чтобы не казаться слабой в его глазах.
— К чёрту флэшку. Если она тебе так нужна…
— Помнишь, о чём тебя попросила Ника? Если нет, я напомню: молчи Генералов, просто молчи.
— Эля я пытаюсь…
— Я не брала твою флэшку, — взорвалась я, и смогла встать на ноги. Стала надвигаться на него. Всё снова повторялось. — Я хотела, но не смогла. Сколько можно тебе повторять?
— Давай успокоимся? — выставил он руки между нами.
— Боишься за свою харю? Или что я убью тебя? — самопроизвольно на моём лице образовалась едкая ухмылка, — бойся, и за свою суку тоже. Вы оба мне ответите за унижение.
Генералов нервничал. Я видела, как левая сторона его лица перекосилась, он прикрыл её ладонью, и отвернулся.
— Прости, — шептал он, — прости меня. Я готов поверить. Только прости.
— Ха, — раздалось эхом на весь кабинет, — обойдусь. Спасибо за предложение. Но я и ты отныне и навсегда просто одноклассники. Даже мстить тебе лень, но за Лайлу возьмусь. Она ведь меня подставила. Послала то смс, флэшку украла.
Я отошла от него к окну. Все чувства, что меня наводняли, вдруг погибли. Стали незначимыми. Я смогла вдохнуть полной грудью, особенно когда открыла окно.
— Как ты себе это представляешь? То есть провернуть такое непросто, — превратился он в прежнего Яна, от которого кружилась голова. — Давай вместе выясним?
— Вместе мы только в ад можем попасть после смерти, больше, увы, мы ни на что не способны Генералов. Уходи.
— Прогоняешь?
— Могу, пинка дать, если не понимаешь слов, — в пол-оборота стояла я к нему.
Ян не послушался, подошёл ко мне преступно близко и наклонился.
— Позволь исполнить твоё последнее желание, и тогда я покину твою жизнь, — говорил он, обдавая меня жаром своего дыхания.
— Ты ещё не понял? Всё кончено, никаких желаний, ничего быть не может, — старалась я держаться, но из-за близости я могла не совладать с собой. И кто знает, ударила бы я его или поцеловала.
— Ты так ревновала, так боялась потерять, а теперь даже видеть не хочешь. Так просто у тебя. А мне что делать?
— На что ты рассчитывал, после такой грандиозной ссоры Ян? Думал, я прибегу к тебе по первому твоему зову? Болван. Я ещё не растеряла своей гордости как твои шлюхи.
— Какие шлюхи? — повысил голос он, — у меня есть только ты.
Его «только ты» ударило меня в самое сердце. Интересно от него ещё хоть что-нибудь осталось после того как он разбил его вдребезги? Наверное, осколки.
— Повезло тебе, я потеряла даже саму себя, — улыбнулась ему, уже без прежней ненависти. С каждой минутой становилось чуть больше чем всё равно. — Уходи, иначе я сломаю челюсть, ни один хирург не соберёт.
— Значит кончено? Здесь мы ставим точку? Ты уверена?
— Полностью. Ты и я с самого начала было провальной идеей. Я вцепилась в возможность найти родственную душу, но оступилась. С кем не бывает, правда?
— Нет. Ты сейчас не права.
— Конечно, я же тупая. Ты всегда это подчёркивал, наверное, неосознанно.
— Этот разговор ведёт в «никуда», — взъерошил он волосы и направился к выходу.
— Точка! — крикнула я ему вслед.
Я успела порадоваться, что, наконец, выпроводила его, как вдруг Ян и мама столкнулись в дверях. Глаза мамы расширились от удивления и неожиданной встречи.
— Снова ты? — воскликнула она грозно. — Неужели опять твоих рук дело?
— Здравствуйте, — спокойно поприветствовал он мою мать, — и простите.
Мы с мамой остались одни. Она собиралась броситься следом за Яном, чтобы показать, за меня есть, кому постоять, но я не отпустила её. Зачем нам всё это? Я обняла её и вдохнула родной запах.
Глава 25. Одиннадцатый класс
Лето прошло словно его и не было вовсе. Большинство дней не баловали теплом, в основном лили дожди. Пришлось провести два месяца у бабушки в деревне, ибо так мне посоветовала психолог. Видите ли, свежий воздух и новый вид из окна, могли благотворно повлиять на меня. Выбора мне не предоставили, мама оказалась согласна с психологом, и мы вместе отправились покорять сельские просторы. Бабушка всегда была нам рада, и встретила с достоинством.