— Эль хоть ты с ума не сходи, — пожурила меня Николь, когда мы уже вышли из школы.
Сегодня на улице немного морозно, в такую погоду обычно прикольно сидеть дома, пить горячий кофе и читать книжку с котом под боком, а мы занимаемся какой-то белибердой. А всё я. Нет, не я, всё Генералов. Надо напоминать себе об этом как можно чаще. Я же белая и пушистая, а он грязный и мерзкий. Хорошо придумала, Яну подходит.
Пока мы ехали на автобусе до знаменитого жуткого северного парка, Ваня всё причитал:
— Главное не соглашайся с ним спорить и не ведись на провокации.
С последним я уже продула, а вот споры, это что-то новенькое. Спорить я обожала, и часто выходила победителем.
— Ваня правильно говорит. Ни при каких условиях не ведись, — поддержала его Николь. — Если купишься всё кранты.
Я не понимала суть проблемы. Спор куда лучшее решение, чем драка или скандал.
— Хватит меня пугать ребята, я не боюсь споров, — не воспринимала я всерьёз их предупреждения.
— А стоит, все в классе знают о порой жестоких спорах Яна. Помнишь вчера, мы говорили, что одна из девочек продула ему и стала рабыней? — напомнил Ваня идиотскую присказку, о которой я благополучно забыла сразу же, как только услышала.
— Ну и что? Думаешь, Генералову я нужна как рабыня? Не смеши Ванёк. Ты видимо своих ментовских фильмов пересмотрел.
— Её зовут Таня, и если захочешь сама с ней поговори, — поразила меня Николь, назвав имя той, кто по их словам являлась рабыней Генералова.
— Точно, она месяц отрабатывала ему проигрыш, — кивнул Ваня.
Какая же хрень.
— Если я стану с ним спорить, поверьте, ни за что не соглашусь на такую отработку, — постаралась заверить их я. Но они мало мне поверили.
Сойдя рядом с северным парком на одноимённой остановке, мы втроём поплелись прямо к нему. Сначала парк выглядел, как обычное место, куда люди ходят прогуляться или развлечься, но стоило переступить черту, где кончаются плитчатые дорожки, и начинаются натоптанные прохожими, я заволновалась.
— Нам точно сюда?
— Точно-точно, — махнул рукой Ваня.
Вокруг одни деревья и снег. Идеальное место для преступления. Генералов нас тут и закопает.
Выйдя из-за крон деревьев, мы очутились на огромной пустующей территории, где возвышалось трёхэтажное недостроенное здание. Окинув его взглядом, можно было сразу понять, что строительство бросили давно. В некоторых местах оно обросло мхом, и начинала сыпаться штукатурка. Со стороны место выглядело жутковато, а внутри думаю вообще атас.
— И где этот придурок? — стала осматриваться я. Если извращенец Генералов внутри я ни за что на свете туда не полезу. Терпеть не могу подобные места. Рядом с ними всегда ощущаю себя в опасности. Чаще всего на заброшках и происходят разного рода преступления, а эта выглядела так, словно здесь только-только закончились съёмки хоррора.
— Зайдём в здание? — подтвердил мои догадки Ваня, и смело шагнул по направлению к входу. Двери не было, тупо чёрная дыра.
Где-то справа в углу я заметила шприцы, и поёжилась. Зашибись тут ещё и нарики водятся. Хотя чего я ожидала? Интересно, а Генералов с ними корешится? Неправильные мысли полезли ко мне, в неподходящей ситуации.
— Нет уж, дождёмся его здесь, в конце концов, даже если Генералов там, — кивнула я на развалины внутри, — скоро выйдет. Не ночевать же он там будет верно?
— К твоему счастью я не там, — подкрался к нам сзади Ян и его двое отморозков. — Слишком грязно, как раз для тебя девочка.
Меня с самого начала что-то смущало в его речи, но я не заостряла внимания, ибо там и так проблем было по горло, а сейчас, когда мы на улице в тишине иногда прерывающейся карканьем ворон, я заметила странность. У него присутствовал некий акцент либо же дефект, понять незнающему человеку не просто. Глаза мои оказались на его губах, и я поняла, в чём дело. Когда парень начинал говорить, левая щека его слегка сжималась, прижимаясь к челюсти, и это не то чтобы портило лицо, просто факт такой. Может ему кто-то настолько сильно врезал, что повредил нерв? Не удивлюсь.
— Чего уставилась девочка, понравился? — напрямую спросил он издевательски.
Умираю от желания котик.
— А как же? Ты же такой невероятный, как и твой поломанный нос, он так же уникален. Второго, точно такого же не встретишь, — ответила я, вкладывая весь яд что накопила.