— Здесь ещё и продают алкоголь. Я подумала эти пьяницы притащили всё с собой, — невозмутимо вставила я.
— Раньше так и было, но я знаю это по сплетням. А потом местная администрация посчитала, что попросту тратит незаработанные деньги. Со временем люди перестали приходить со своим и покупают пиво тут, — открыла она алюминиевую банку и та издала приятное шипение.
Снежана сделала несколько крупных глотков, и, протерев рот, протянула и мне.
— Я не пью, — содроганием вспомнился мне вчерашний вечер.
— Брезгуешь? Я могу купить ещё, — предложила она альтернативу, но я опять ответила отказом.
— Вчера перепила. Так что я не успела отойти от предыдущей попойки. Спасибо за предложение.
— О как. Генералов споил?
— Нет, его дружки, или не дружки, хрен их разберёт. Я в последнее время перестала его понимать, — к своему превеликому удивлению поделилась я наболевшим с Трифоновой. Кто бы мог вообразить? Сказал бы мне кто-нибудь три месяца назад, что я буду сидеть с ней и дружелюбно болтать, удавила бы. Это ведь неслыханная чепуха.
— Мне кажется он не в себе. Типа до аварии Генералов был классным весёлым парнем, а потом как отрубило. С твоим появлением в школе он стал стабильнее. А сейчас снова сорвался. Так сказать у него случился рецидив, — отпила ещё немного пива Снежана.
— Хочешь сказать мне что он и до этого, вёл себя паршиво? Знаешь Снежана, если бы это было так, Данилин сразу бы мне доложил. Он недолюбливает Яна.
— А ты не думала что Данилин просто на просто не в курсе некоторых вещей?
— И правда, — согласилась я.
Откуда-то сбоку раздались оглушительные басы. Я прикрыла уши, чтобы ненароком не оглохнуть. Даже клуб по сравнению с этим местом детская песочница. Где-то вдалеке на трассе послышались звуки моторов, и я подскочила. Вдруг всё уже началось, я слишком взволнована, чтобы отсиживаться со спокойным личиком на трибунах.
— Не переживай Короткова, они только проверяют моторы. Вдруг у кого-нибудь что-нибудь заглохнет. Организаторам нужно зрелище, а не тухлое кряхтение, — успокоила меня Трифонова. — Сядь и расслабься, хотя бы до заезда мотоциклистов.
— Почему именно их?
— Ян будет на синем с серебристыми полосками байке. Не благодари, — улыбнулась Снежана и присосалась к своей банке.
Я вернулась на место. Нога тряслась самопроизвольно. Нервы не давали покоя.
— Снежана послушай, я обязана найти Яна до начала. Понимаешь мне надо остановить его, — взмолилась я. У меня не было выбора, только Трифонова могла помочь.
— Провальное дело, — появился за моей спиной Лев.
С надеждой я посмотрела на Снежану, она пожала плечами и согласно кивнула. Неужели совсем ничего нельзя предпринять? Не верю. Я всегда иду до победного конца.
Лев присел рядом со мной и закинул ногу на ногу.
— А где Паша? — спросила его Трифонова. — Не успел накидаться?
— Тут где-то бродит. Не следил. Искал Яна, — обратился уже ко мне он, — пытался переубедить, но в пустую. Утверждает что пообещал, и от слов не может отказаться.
— А от жизни может, получается, — выпалила я не нарочно.
Лев и Снежана с опаской повернулись ко мне. Хлопая глазками, они выглядели обеспокоенно.
— Что? Лёв ты сам мне говорил. Просил о помощи. А происходит в итоге, так как выгодно каким-то людям. Они совершенно не заботятся о человеческих жизнях. Это ненормально! — говорила я то, что давно вертелось у меня на языке. — Но мне всё равно стоит попытаться. Проводишь к нему?
Он с минуту размышлял о правильности действий, и согласился.
— Я подожду вас здесь, поберегу места, — усмехнулась Снежана, когда мы со Львом поднялись и собирались покинуть трибуны. — Передайте Пашке, что ему я забронировала лучшее вип место в моих ногах.
Меня пробрало с её шутки, но долго смеяться не пришлось. Я поторопилась за Львом.
Пришлось преодолеть наплыв снова прибывшего народа, и выйти к гоночной трассе.
— Что это за место? Неужели полиция не знает? Поверить не могу, — возмущалась я, кое-как поспевая за парнем.