Он всё же услышал меня, и откликнулся.
— Трасса заброшена из-за непригодности и крутых поворотов. Не хочу тебя напугать, но Эля это самый опасный участок, здесь в год происходило, по меньшей мере, пятьдесят аварий.
— Ты серьёзно сейчас? И Ян, зная это, не включает мозги? Он издевается или как? Его родители погибли, чего он добивается? Смерти? — семенила я сзади и взрывалась от гнева на Генералова.
— Я не могу сказать, чего он добивается Эля, но ты спроси, как только вы встретитесь.
— О, спрошу. Я спрошу с него за каждую мою погибшую нервную клетку.
Спустя непродолжительные виляния, мы всё-таки добрались до более-менее спокойного места. Шума здесь всё равно хватало, но народа поубавилось вдвое. Лев стал внимательно осматриваться, и я вместе с ним. Снежана упоминала что у Яна синий байк с серебристой чем-то там, вот к ним я и приглядывалась. Но среди всего многообразия мотоциклов, встречались в основном чёрные и иногда красные. Где прохлаждается этот придурок когда я так волнуюсь?
Обрадованный Лев махнул кому-то рукой, и я, приглядевшись, признала своего потеряшку. Он держал в руках шлем и слушал, как какой-то парень ему что-то втирает. Видимо настолько интересно, что меня Ян не сразу заметил. Но признаюсь, это было эпично. Стоило ему поймать мой взгляд, как шлем чуть ли не выпал из рук. Он забавно поймал его в последний момент.
— Подожди минутку, — послышался его приглушённый голос, и он направился к нам. Вместо того чтобы начать разговор со мной, Генералов на бросился на Льва. Он с размаху врезал ему по челюсти. Отчего парень отскочил. — Ты зачем её привёл?
— Прости Ян, Эля переживала, а я не смог отказать, — держась за больное место, простонал Беспалов. — Всё вышло спонтанно. Мы с Вороном поехали… И Снежана…
— Ворон? Снежана? Серьёзно? — и тогда ярость Генералова обрушилась и на меня. — Ты чем мать твою думала? А если бы они тебе что-нибудь сделали? Эля я поражаюсь уровню твоей беспечности.
Я отмерла и решила войти в конфликт. А что? Мне не привыкать.
— Я приехала за тобой. И вот смотри, цела и невредима. Никто меня не тронул. А ты! Ты чем думаешь а? Совсем из ума выжил? Забыл, как погибли твои родители? Умереть собрался? Я тебе не позволю Генералов. Только через мой труп, — выкрикнула я, а потом поняла, что на нас смотрят. — Отвернитесь, нечего тут ловить, — вызверилась я на людей.
— Эля, прошу, тише, — постарался приструнить меня Лев, но я не вняла его совету.
— Успокаиваешь её? Лёва я выбью из тебя всю дурь, но чуть позже. Сейчас я занят этой идиоткой.
— Я не идиотка. Идиот тут один — ты!
— Уведи её, — потребовал Ян, не смотря на меня, — и чтобы до конца гонки я вас не видел.
Лев попытался выслужиться перед другом, и взял меня за руку, чтобы не злить Генералова дальше. Но я не спешила мириться с решением парней. Я сама могу за себя отвечать, и не надо мною помыкать, когда я присутствую. Да и когда отсутствую тоже.
— Генералов повернись, я ведь и обидеться могу, — грозила я пальцем. — Понимаешь что, выбирая гонку, ты призываешь костлявую с косой. Она наблюдает и размышляет, оставить ли тебе жизнь ещё на какое-то время или отобрать в мгновение ока.
Ян всё же развернулся ко мне, и подошёл, больно схватив за запястье.
— Эля ты кто такая чтобы указывать мне, как поступать? Ты мне не мать, не жена, и не девушка. Я сам по себе. Делаю то, что считаю уместным. Мы с тобой две параллели, которые не должны были пересечься никогда, — хлестал он меня словами как крапивой, заставляя что-то внутри нарывать от боли.
— То есть моё мнение тебя не интересует. И то, что я, твои тётя с дядей, и даже Митя будут страдать, если вдруг что случится, тоже не трогает? У тебя есть чувства Генералов? Простые человеческие чувства? Ты наговорил мне всего, от чего волосы на голове становятся дыбом. Режешь меня без ножа. Тебе доставляет удовольствие видеть как мне больно? — выговорилась и я, но теперь без криков и привлечения постороннего внимания.
— А тебе больно? — отпустил он моё запястье, и сменил тон на более обеспокоенный.
— А ты как считаешь?
— Я просто не хочу, чтобы ты видела всё это. Мне придётся участвовать. Я бы ушёл с тобой, но я пообещал…
— К чёрту обещания. Ты и мне обещал. Так почему ты ставишь в приоритет людей, которым плевать на то, жив ты на этой трассе или мёртв? — Сорвалась я.