Мои догадки оправдались. На пороге меня ждал Генералов с небольшим, но милым букетиком разноцветных роз. Как только не красят цветы в двадцать первом веке. Я обрадовалась маленькому подарочку и обняла Яна приветствуя.
— Смотрю, ты готова?
— Почти, — пожала плечами я, осматривая платье, — мне точно идёт фиолетовый? Ещё не поздно сменить платье на штаны.
— Раз в году можно себя побаловать. Оставайся в этом, мне нравится, — если не знать Яна, можно подумать он заигрывает, но я могу судить со сто процентной вероятностью, он серьёзен, и не подлизывается.
Я накинула на себя куртку, застегнула сапожки, хоть Генералов постоянно и лез ко мне со своей помощью, как будто нашёл главную немощную барыню, я всё равно настояла на самостоятельности. Спасибо, он не настаивал. Букетик я оставила дома, нечего катать его по городу, а то получится, что цветочки путешествуют больше чем я.
Около подъезда нас ждал дядя Глеб. На сегодня он разрешил использовать себя как личного водителя. Ян был только рад, а я снова смущена. В последнее время люди так стараются улучшить мою жизнь, что меня постоянно терзают сомнения. Смогу ли я дальше жить без их помощи?
Всю дорогу дядя Глеб подшучивал над нами, а Ян делал вид, что это в порядке вещей. За недолгое знакомство я успела хорошо изучить дядю и тётю Яна, они казались мне уважаемыми и добрыми людьми. Они часто принимали меня у себя дома с распростёртыми объятиями, даже Митя стал мне как родной брат. Хоть и доставучий. Но думаю, братья такими и должны быть.
По приезде Ян галантно открыл передо мной дверь, перед этим конечно поспорив со мной. Я опередила его, и собиралась по привычки выйти сама без посторонней помощи, и ему пришлось заталкивать меня обратно. Я твердила, что не обязательно делать всё настолько идеально, но мне закрыли рот, хлопнув дверью перед носом. Потом естественно открыв и предложив свою руку в виде опоры, прямо как в средневековье.
Когда мы зашли в кафе, нас приветствовала хлопушками, выкриками поздравлений и яркими подарками.
— Эля, моя дорогая подруга, я обожаю тебя и твой характер. За те месяцы, что мы дружим, ты столько раз помогала мне, придавала смелости, — поцеловала меня в щёку Николь, — ты моё счастье. Будь счастлива и ты!
Николь сделала свой выбор за прошедшие три месяца. Она долго металась. Полноценно не отказывала Ване, но и с Артуром стала держать дистанцию. И в одно утро она пришла ко мне с окончательным решением. Ей было тяжело признаться, что чувства, если они и были, к Ване остыли, а виной всему их общая нерешительность. Я поддержала её, как и Данилина. Он несколько недель ходил с разбитым сердцем и портил всем настроение своим нытьём. К одной Нике он не подходил, видимо боялся.
— Рад, что ты перевелась к нам. Иначе мы бы вряд ли подружились. Всё-таки школа как тюрьма сближает людей, — рассмеялся Данилин, — ты клёвая Короткова.
— Элечка мы так довольны твоим появлением в жизни нашего племянника, ты чудо, спустившееся с небес, — смахнула слезинку тётя Яна.
— Ангел, — поправил её дядя Глеб, — Света правильнее говорить ангел спустившееся с небес. Чудо звучит чудно.
— Ой, — открестилась она от мужа, — все эти Генераловы одинаковые. Сначала ёжики, потом котики.
Я с ней полностью согласна.
На утверждение тёти, Ян только глубоко вздохнул, словно ему такое говорят не в первый раз, а дядя Глеб повторил выпад крестника.
Я не могла перестать улыбаться. Все мои родные рядом, я так счастлива. Невыносимо, прям, лопну от зависти к самой себе.
— Поздравляю тебя Короткова, — за руку со Львом подошла ко мне и Снежана. Мы с ней часто переписывались, и стали потихоньку налаживать отношения. Оказывается, когда Трифонова не влюблена в Яна, она сама доброта воплоти. Но иногда конечно сучка, не без этого, я и сама чем-то схожа с ней. С недавних пор они со Львом стали часто гулять вместе. Никому не признавались, говоря, что это просто дружба не более, но все подозревали немного другое. Впрочем, никто к ним душу не лез. — Признаюсь при всех, ты невыносимая стервозина, но мне угодила. Не переживай компромат на тебя вывешивать на всеобщее обозрение перед публикой не стану. Потом как-нибудь.