Мне оставалось всего два броска, и я была обязана отбить их так, чтобы выполнить свою часть спора.
Простите меня Степан Леонидович, но нужно же кем-то пожертвовать во имя исполнения цели. Проиграть Яну сейчас, стало бы позорно. Ударив мяч ладонью, у меня снова не получилось воплотить задуманное. Генералов всеми силами намекал мне глазами, чтобы я поторопилась, но что я могла? Если всё с самого начала шло не по плану. Последний шанс, последний бой. Я стала выжидать, отдавая мяч другим участникам команды, но и у них заканчивались касания. Счёт шёл ровно, и я не сразу поняла, что Ян намерено, пропускает мячи, чтобы мы не закончили игру до моего победного броска.
— Ян хватит им поддаваться, — рассвирепел заметивший подвох Лев.
— Не говори чепухи, — не стал развивать спор Генералов, и стал настойчивее смотреть на меня.
У меня был последний шанс на победу, и я воспользовалась им по максимуму. Заприметила физрука слева, прицелилась, в голове прокрутила, как должно получиться в итоге: и когда мяч полетел в меня, я подпрыгнула и ногой отбила его со всей силы в нужную сторону. Все произошло мгновенно, мяч достиг цели слишком быстро, что Леонидыч даже не успел ничего понять. Мяч прилетел ему прямо в лоб и отскочил в рядом стоявшего Ваню. Все замерли.
Ребята стали медленно стекаться к учителю физкультуры, который как кегля в боулинге уже валялся от страйка. Когда я подошла, заметила что мужчина пялился в одну точку на потолке. Приложив ладонь к губам, я испугалась. Впервые мне показалось, что шутка кончилась чем-то поистине ужасным.
Лев присел на корточки рядом с физруком и стал легонько трясти его.
— Степан Леонидович вы как?
Тот только прохрипел.
Ну, хоть жив.
— Позовите сюда медсестру, — потребовал Лев, — не стоите столбами.
— Простите, — пикнула я, — я не специально.
Все обернулись ко мне и осуждающе посмотрели, естественно кроме Вани, Николь и Яна.
— Ничего, не переживай, все пройдёт, — подошла ко мне заботливая подруга и стала утешать.
На глаза навернулись слёзы.
Зачем я послушалась Яна, не надо было выполнять идиотское условие.
— «Простите»? — воскликнула Трифонова, — ты понимаешь, что наделала дебилка?
Она стала наступать на меня и Николь. Из-за чувства вины я не могла защищаться. Всё что сказала Снежана правда. Я дура.
— Хватит, — остановил её Генералов, вставая между нами, — это из-за меня.
— Ян что ты такое говоришь? — не поверила ему Снежана.
— Я бросил мяч Эле, она сделала всё, чтобы её команда победила, поэтому не смей осуждать, ты усекла кукла? — в этот момент Генералов выглядел угрожающе.
Снежана отступила:
— Ей не стило так упорствовать.
— А тебе не стоит рот раскрывать, — стал грозить ей пальцем он, — я видел, как ты попросила Ворона и Льва приставать к девушкам. Умеешь мстить только чужими руками? Запомни Трифонова, иногда я бываю злопамятным.
Слушая всё это, я почувствовала себя такой защищённой, что захотелось упасть в ноги Яну и благодарить его. Никогда раньше никто так не стоял за меня. Может я в нём ошибалась, и он на самом деле отличный парень? Но с другой стороны, размышляя здраво, если бы не Генералов и спор, я никогда бы не попала в такую ситуацию. А что если это и был его план?
Во мне снова проснулось недоверие к противоположному полу. Они коварны и пойдут на многое ради своих грязных целей.
Когда пришла медсестра, она сразу же определила сотрясение мозга у физрука. К тому моменту уже прозвенел звонок, и все стали расходиться. Я до последнего оставалась рядом с учителем и не прекращала извиняться. На удивление Леонидыч отмахивался, и не желал слушать меня, говоря что-то вроде: