— Мы просто друзья, соседи по парте, если вам угодно, но я точно не испытываю к нему никаких чувств кроме разве что уважения… — И добавила подумав, — иногда.
— Она снова пытается обмануть саму себя, — разочарованно покачал головой друг, — проблема только в том, что с окружающими тебя людьми эта штука не прокатывает.
Я уперла руки в бока и уставилась на Нику. Она опустила глазки и не осмеливалась смотреть на меня.
— Неужели и ты такого же мнения обо мне?
— Эль прости, но Ваня прав. Я не хочу сказать, что ты прямо изнываешь от любви, но признай, симпатия имеется, даже если ты пытаешься маскировать её под дружбу или уважение, — тихо, словно боясь, что нас могут подслушивать под дверью, Николь пыталась оставаться тактичной.
— Сколько не убеждайте меня, я с вами в корне не согласна. Я это я, и мне лучше значит что я чувствую или не чувствую, — собиралась я продолжить тираду, но мою пластинку прервал звонок в дверь.
— Твой дружок явился, — посмотрел на часы в телефоне Ваня, — опоздал на три минуты. Думаю, не стоит его впускать. Приведу аргументы, их всего два: первый — вход после девяти закрыт; второй — ты можешь раскрыться перед ним Эля.
— Чепуху не неси Вань, — и я со странным новым чувством внутри направилась через коридор в маленькую прихожую к входной двери.
Краем уха я слышала, как шушукаются эти двое предателей, но разбирать, что именно они обсуждают, не стала. За короткий путь до двери я успела кое-что обдумать насчёт слов Данилина. Очевидно, я и Ян сдружились и возможно Ваня, говоря всё эту чушь про чувства, просто пытался меня задеть. Я человек упрямый, и услышав мнение друга, вполне могла бы разорвать всякие контакты с Генераловым, но смысла-то в этом нет никакого. Ян нужен мне для идеальной мести Трифоновой и её двум прихвостням, а так же с помощью нашей новоиспечённой дружеской связи я вполне могла попросить его отдать мне компромат на самого Ваню. Либо же выкрасть, чего я бы не хотела, обманывать друзей не в моих правилах. Во всём этом нет никакой связи с романтическими чувствами. Всё выдумка и глупости.
Открыв дверь Яну, я отошла, чтобы позволить ему войти. Встречаться с ним взглядами после нашего разговора с Никой и Ваней я категорически не желала. Мало ли они окажутся правы, иногда я слишком внушаемая.
— Какой радушный приём, я польщён, — переступил он порог, — хоть бы поздоровалась хозяюшка.
— Привет, раздевайся и проходи, Ваня и Николь уже пришли, — стараясь увиливать от прямого зрительного контакта, я вышла из прихожей, так как она слишком тесная.
— А как же помочь гостю раздеться, — усмехнулся парень, и, сняв кожаную куртку, прошёл вперёд. — Не умеешь ты ухаживать за мальчиками девочка.
Во мне появилось огромное сомнение. А вдруг Генералов, как и Ваня с Никой считают, что я влюблена в него. Боже, да это же катастрофа. А все эти мои ужимки и избегания его глаз точно могли навести Яна на эту ложную мысль. Между нами могут быть только перепалки и редкие дружеские беседы, я на большее не способна.
— Раздевать тебя твоя Лейла будет, — фыркнула я, и постаралась вести себя максимально обычно. Шутки, препирания, всё это входит в наш рацион обычного общения в школе.
— Лайла, — поправили меня, — хотя ты всё равно не запомнишь. Хорошо, я здесь, теперь веди меня на встречу с двумя лишними звеньями нашей цепочки. На самом деле я и сам бы смог придумать, как сбить спесь с Ворона, Льва и Снежаны. Но, — будто сделал одолжение он, — я уступил твоему маленькому желанию. Хочешь устроить групповушку, я всегда «за», такие вещи пропускать нельзя. Лучше один раз сказать да, чем потом тысячу раз пожалеть.
Я похлопала глазками и наконец, смогла воспринимать Генералова, как и прежде. Как всё-таки приятно раздражаться на него.
— Брюс Ли?
— Не понял?
— Цитату у кого украл философ? — хмыкнула я, и повела его к заждавшимся нас Николь и Ване.
— Слышал где-то, решил блеснуть пафосом, понравилось?
— А ты как думаешь?
— Думаю, нет, я бы засмеял, скажи мне кто-то подобную хрень, но зато можно испытать самый приятный стыд в жизни, — размышлял Ян, когда мы вошли в зал, где на нас уставились снизу две пары глаз. Генералов нагнулся, чтобы видимо поиздеваться над ребятами, — вам там не холодно?