Горгулья тот еще затейник... был. Посадить Соправителя на кол, может и не посадит, а вот проклятие... именно туда и воткнет Гарантируя эмоциональный дискомфорт уже от одного осознания местоположения заклятия...
Например неуместный спермотоксикоз. Всего лишь сглаз. Пусть и сравнимый по силе с моровым поветрием. И вот уже архидемон, Соправитель, ети его мать, неприлично и негигиенично бегает на четырех лапах за Нэри, неэстетично капая слюной. Надоест скоро, а операция сложная. Проклятие сильное, место... специфическое. Могла дева и не справиться.
Леонардо сжал челюсть, но промолчал. Обзавестись унизительным подарком, извлечение которого могло превратиться в мучительную проктологическую операцию, он решительно не хотел. А ну, как его Темного, после лечения ректального недуга, потянет на мальчиков? Это для архидемона не зазорно, но Царь-Плохиш в мужеложестве замечен не был.
- А тебе, Даниэль, за потворство, вынесу вето на бесконтактное размножение. Собственно, по невысказанным мольбам твоей невесты, - улыбка коварной змеей скользнула по тонким устам наказующего крокозябра, когда вождь Рыжая Гадость одарил Князя... Добротой?
На громилу-серафима жалко было смотреть. Самые страшные табу рушились перед его бедными «невинными» глазами. Легион красиво навесил всем сестрам по серьгам.
- Ты страшный монстр! – шепнул Светлый… и не особо умный (заметим, Королю-Добряку и его последователям это вообще свойственно) Князь. Который в некоторых вещах был ужасно проницательным. - Страшнее всего стада бесов.
- Как ты вообще у них образовался? – ехидства у Леонардо немало, но он же им и поперхнулся, когда услышал ответ барабашки.
- В ясном сознании Творцов-Создателей. Ответ держу лишь перед ними, - н-да, от простоты слабо улыбающегося апельсинового каймана мороз продирает даже в сорокаградусную жару. Светлого Повелителя и вовсе перекосило. Тем временем, Легион покусал дужку очков, водрузил их на нос, коснулся губ своими длинными пальцами и выразительно приподнял левую бровь. - Теперь, когда мы прописали ответственность сторон, обсудим отступные, - с невероятно непосредственностью и дружелюбной, доброй-предоброй улыбкой предложил матерый хищник. – Кому что надо? – сам никогда ничего не ценя, он был готов, чтобы кто-то иной назначил цену.
На самом деле за фальшивым оскалом на лице Сео-Фаврэ отзывчивости не наблюдалось, так что Нэри Соправителям не завидовала. Особенно, когда предстояло просить у него, взамен выданной на поругание постельной игрушки, целый Новый Мир. Будучи объектом калыма, она, кстати, льстила себе по жизни… и все же не предполагала, что столько стоит! Вот теперь переживала, а морды у них не потрескаются?
Показательно, стаю подобное нахальство ничуть не возмутило. То ли горгульи знали, то ли им на самом деле безразлично. Вот что значит анархия. Среди Цитадели подобного единодушия и пофигизма не наблюдалось. Зато проступили различные фазы остолбенения, зависания и тупо шока. Что неудивительно.
По итогу заключения сделки «дева за Вселенную», физиономии Князей остались целостными. Но когда сговор закрепили Обетом Нерушимости, Леонардо продемонстрировал невероятно счастливые глаза обманутого мужа в верности нового шкафа, причем еще до покупки.
Увы, винить ему, не роняя свое княжеское достоинство, некого. А чтобы отмотать назад, необходимо для начала посбивать рога, которыми уж очень крепко уперся бес, и повыбивать ему же зубы, что намертво вцепились в далеко не лакомый кусочек архангела. Только ревновать к какому-то крокодилу, который еще из бронзового (местами каменного) века не вылез, но уже без всяких реверансов осуществил все грязные мечты (в теории, миф которой парочка не торопилась развеивать), еще и на-гора выдал, удовольствие для неадекватов. Даниэль, простой как одноклеточное, без извращений скрипел зубами.
- Обещаю не буянить, ближайшие лет сто, как минимум. И клянусь не рождать апокалипсических монстров, - гробовая тишина и отсутствие радостных воплей подсказали, что в пацифизм девы не совсем поверили. Недочеловеки себе сами все придумали. А она-то всего лишь пошутила!
Во что это она вляпалась на этот раз, люди добрые… и нелюди не очень дружелюбные? В полной тишине глотнула немного из фужера. И тут у ней подошла ангелэсса, отчего-то возомнившая себя ее соперницей. Это так Рауна, наконец, справилась со своим воображением и от радости опрокинула в себя бокал – хер целых, хрен десятых литра – что там с горя было пить? Вот тебе и светлая! Нэри тут же одернулась. А сама-то, какого цвета? Фентезийно-полосатого?