Говорила долго и очень обстоятельно, с особым, изощренным смаком перечисляя: кто они такие, кем были их близкие кровные родственники, в каких связях состояли между собой и живой природой на четвереньках, а так же куда им стоит идти в чрезвычайной ситуации. Так что совсем не удивительно, что в расчетное время, даже архидемон начал смотреть на девицу планово, как на кошмарное существо.
- Даниэль, ты совсем охренел?! – вот и она о том же. – Что ей наговорил? – до Темного Повелителя начало доходить, что реакция светлой зайки не от перегрева на солнышке.
А серафим, еще задолго до конца торжественной части речи, не по-детски загрустивший от щедрой раздачи морковки, крепко призадумался. А оно ему сильно надо, связываться с ушастым несчастьем? Не легче удавить? Или вздернуться самому.
- А ты ее больше слушай, - огрызнулся блондин. – Если еще не понял, эта змеюка зайцеобразная нам всю Грань разнесет быстрее любого беса.
- И разнесу, - совсем озверела. - И пусть все знают, что это твоя вина, - ткнула в Светлого Князя... ухом.
Нимб от этого движения отправился в полет бумерангом. Диском циркулярной пилы нанес существенный урон керамическому убранству залы, попутно едва не подровняв макушки Князей (шустрые, пригнулись) и был пойман на рог, как кольцо в игре «Серсо».
- Нэри…
- Голодный монстр, тебе Нэри! – швырнула ему в лицо, гордясь собой неимоверно. Вон, какие глазки в стиле Марианской впадины изобразил кто-то злой не по-царски. – Я много чего натворила, но ни разу, слышишь, ни разу не мечтала быть замешанной в катаклизме!
- Может, обговорим все по-доброму? – Князь-то был все-таки Хороший.
Трон не прогнулся, когда крошка натурально залезла на него с ногами, лишь потому, что был рассчитан на большого дядю, в стиле Бахуса. Нэри же, продемонстрировав экзотические, налитые кровью, глаза, треснула серафима по лбу:
- Что-то нового о себе не услышала?
Даниэль одной рукой снял ни грамма не подчиненную с княжеского постамента и устроил на сгибе локтя. Силища… или просто дурь прет в разные стороны? Нет, осознал, что вес немного экстремальный. Из тех, что только в «качалке» со страховкой поднимают. Ссадил на подлокотник.
- Да мы не со зла и не из корысти… из предосторожности. Стоим же на разломе Миров. Сама не заметила, что в последние столетия происходит?
Что? Разломы на Чертовом Полюсе не спроста нуждались в постоянном заграждении от неразумной нечисти. Цитадель тоже не от смеха трясло каждый день так, что трещины от подножия шли уже к Последнему Бастиону, а лестницу заливали цунами. Температура поднималась, состав воздуха менялся на атмосферу Преисподней. Чертям, как выходцам из нее, и тем, порой, дышать становилось трудно. Прогноз был один. Если супер вулкан (под Царскими, простите, но задницами) активируется, Грань снесет. И тогда Преисподняя наступит даже на Небесах.
Конечно, в случае крайней нужды, и другие Вселенные годились на подселение небольшими группками, под вечной иллюзией. Что, понятно, не было лучшим вариантом. И выход тут напрашивался…
- Герой, какой! И потому поставят вам, неучам, по обелиску, а мне вручат орден… посмертно! – потому что Новый Мир, за который Бравые Соправители боролись (и в масштабах спасаемых видов, это варварство вполне оправдано), мог быть куплен лишь ценой жизни. Жизни Нэри.
Да, воспетой в веках и стратегически важной для Грани… ну, и политически выгодной для карьер Соправителей. Только социопат-архидемон ни в каком месте не светлая дурочка-архангел с врожденным дебилизмом. А очень даже расчетливая дамочка. Знающая, что все легкие пути ведут в Ад. И не желающая себе такой простоты. И тем не менее, осознающая, что легче напрямую прокатиться по адской лыжне, чем мимоходом топать кружным путем… через Чистилище.
Собственно, смирившись с неизбежным, приступила к выяснению нюансов диверсии в стаде... стане бесов. Что уже само по себе страшнее бесовщины. Даниэлю ничего не оставалось, как одобрительно мычать. Он не извинялся, а пытался компенсировать потери.
- Чего радуешься, придурок? – начальству не грубят? Тогда почему так приятно, что у серафима на лице нарисовались, непозволительные для его должности эмоции? Все как одна отрицательно-раскаивающиеся. В смысле, он и злился, и ревновал, и стыдился своего маневра.– Можно подумать, замуж за тебя, мелкий трус, выхожу, - пролаяла в моську (ладно, не будем преувеличивать), в грудь взбледнувшему блондину.