Нэри спрыгнула щучкой с квадратного изумрудного плеча, как с трамплина, и с наслаждением отдалась нежным волнам.
- Как ты нашел это место?
Лью, переживший весомые притопывания на своем хребте, с видом заправского бармена (Зюзе бы у него стажировку пройти) болтал шейкером коктейль:
- Хозяйка его создала, - это еще, что за фантастика?
- Что-что?
До этого Многоликий сам с открытым ртом слушал ее сказки. Рассказывала Нэри, разумеется, армейские небылицы, половину из которых, сочиняла и додумывала на ходу. Чем вызывала гомерический хохот беса, который наивно (о, ужас!) верил в бравые похождения архангелов под ручку с архидемоньём.
Горгулий, когда сбрасывал свою змеиную, мелко-ромбовидную чешую, был красив. Таких идеальных черт нет ни у одного из знакомых светлых. Но реально отличить его от того же Кью или Кио, или… да любого члена стаи, задачка на цветовую внимательность.
У мужика были насыщенные, кислотно-салатные как абсент, глаза, рога, изогнутые на манер крупного рогатого скота, бритвенные клыки мурены, хвост-плеть пумы и зеленые замшевые крылья. А типичные белые волосы, он заплетал в замысловатую эльфийскую косу длиной до лопаток.
Большего добряка, честно, Нэри еще не видела (плавки-стринги за угрозу не считаются). И только благодаря этому, ее упорство и наглость, в итоге были вознаграждены. Хотя сказать, что изобретательность и расчет принесли радость, нельзя представить ни под каким хитрым соусом. Гадость она и под «шубой» остается мерзостью. Ибо от Лью, фонящего хвоей на ближайшую часть болота, досталась сказка на ночь, от которой, ох, как не скоро заснешь. А если и провалишься в дрему, то уже вечным сном.
Бугай (другого определение его физической форме не найти) как-то смущенно посмотрел на девицу и спросил:
- Ночь, что ты знаешь о Душе?
Представление о бесах, как о совершенно бесчувственных существах в корне неверно. Да, будучи рептилиями и амфибиями, они не так импульсивны, как теплокровные. Можно сказать, заморожены и заторможены в своих слабых, на краю инстинктов, эмоциях. Но они есть. Как есть и Душа. Паршивенькая, грешненькая, пустяшная. За одним исключением.
В те времена, которых даже Грань не помнит, еще в потоке Творения-Создания, по неизвестным причинам погиб один из Богов. Коллеги коего, из великого преклонения перед его деяниями, не смогли смириться с потерей. И из остаточного Света создали эфирное тело. Такое, что не каждый архангел достоин носить.
Поскольку Миры были еще в сыром, полу готовом состоянии, срочно понадобился сосуд для хранения. Покумекали Великие и Могучие, и давай творить-портачить. Четкий профиль совсем не по образу и подобию. Скорее наитию, не имеющему ничего общего с шаблоном. Полет фантазии. И вот вам славный бес. Легион.
Только «временно» синоним постоянного. Потому что дальше Демиурги настолько увлеклись, что совсем позабыли о кладе, похороненном внутри, на тот момент, совсем молодого Греха. Для Нэри, на этом пассаже, иллюзия простоты неизвестной одноклеточной кикиморы развеялась сразу и навсегда. Бес со светлым нутром – это что-то совсем страшное. Ведь и простая Душа - немыслимая сила. А если говорить о частичке Создателя? И то, что к чести горгульи, он ей ни разу не воспользовался, не есть хорошо.
Лично у девы, та часть, что архидемон, начала уважать этого темного, а та что архангел… бояться. Ибо, сколько же воли, мужества и... самоуверенности в собственных силах нужно, чтобы не поиграть даровым могуществом?! Только Легион на такое способен.
А носитель почему-то неприлично много времени даже не вспоминал о магической энергии вседозволенности, теплившейся за плечами. И, в какой-то момент, к этому все привыкли. Вот тут-то в уравнении и появляется одноразовая бездушная болванка, созданная для решения локальной проблемы. Не привязанная к Мирам и не имеющая права на перерождение, которая должна была бесследно раствориться впоследствии.
Как бы не так! Внезапно и неприятно, уравновешенного подонка переклинило на все тяжкие деяния по отношению к нематериальному объекту собственности. До дрожи законопослушный бес, наплевав на все табу, связался с пустотелой девкой, что уже было откровенным и изощренным насилием над Душой. Мало того, начал подпитывать свою любовницу Светом, искусственно продлевая существование пустышки за Гранью. Используя источник и перегружая свою вторую суть совершенно нелепыми и неуместными эманациями. Что для нежной Божественной сущности было невыносимым ударом.