А пока уточнила один момент:
- Ты пойми, супер-мега-бес, лично к тебе неприязни у меня нет, - это не то, что можно услышать от истерической дамочки с подвывертом? – Но в свете того, что мне, как светлому исчадию архангелов (или белому пятну на черных душах темных) до проблем твоей кормежки, как до христианского Конца Света, то будешь у меня голодать. Долго и упорно.
- Судя по твоей реакции и моей вере в доброту – Вечность, - странно, но он не отказался от бесплодной попытки улыбнуться. Словно плакат-фальшивка с рекламой домашнего уюта на Небесах… за приемлемую цену с громадным количеством нулей на каждый метр квадратный. Вышла усталость вымотанного дедушки, по которому целый вечер скакали внуки. - Думаешь, с моим опытом, не переживу воздержания? - и самоуверенный наглец, весь из себя такой мнимо расслабленный, похлопал по плоскому от голодовок животу… слишком плоскому. – Не волнуйся, жить буду. Плохо и впроголодь, но буду.
Есть такие сказочные персонажи (вроде легендарного змея-Горыныча, с глазами на копчике всех двенадцати голов), которые не всегда герои, помните? В том, что горгулья – змей-«негерой», у Нэри не было ни малейшего повода усомниться. И игра натурального злодея в героические замашки сверхконтроля для сверхнечисти заставляла напрячься. Сильно. И отнестись с подозрением бывалой разведчицы к сомнительному утверждению.
Окинула оценочным взглядом начальника батистана эту озабоченную кобелину. На что он ответил, даже не имитируя добродушие, но довольно спокойно, с полным вакуумом на лице:
- Ты того стоишь, Милка. Потому что третье солнце. Греешь.
Это она – солнце? Это, в каком месте греет? Да, максимум, готова держать на коротком поводке и пинать ногой с разбега! Всеми габаритами!
- Я подумаю, - думать могла, чем угодно и о чем угодно. Хоть шестым удивленным позвонком о летающих ягодицах. – Только, давай, завтра. Нет, лет через сто... миллионов, - согласитесь, не стоило бесить голодного мужика еще больше.
И играть с ним тоже. Жаль, архангел в тот день не просто дурила. Она в целом была дура. Которая, однако, доигралась! Потому как надменный ублюдок просто лег в кровать. И отвернулся к стене.
Эх, зря она все-таки сыграла в недотрогу. Оставалось надеяться, что утром бес этого не вспомнит. А если каким-то образом узнает... что дева могла бы для него сделать? Броситься в ножки и отыграть минет в знак благодарности? Так ей для этого и наклоняться не придется... Хуже было другое.
Мерзла всю ночь…
Метеоритный зонтик.
Такой же белесый, как и прочие Грехи, с прозрачными, чуть серебристыми, рыбьими глазами... Безликий был красив той полу реальной, приевшейся красотой стаи, которая в каждом новом Пороке казалась все более невыразительной. Кремово-белый и ни грамма не пушистый. В боевой трансформации, Фён отличался повсеместной шипастостью своей бело-бриллиантовой драконьей брони. Кристально-слюдяные крылья, рога, произрастающие штопором ввысь, две тонкие, индейского вида косы, перевитые лентами с перьями, да хвост снежного барса – вот и все отличия.
В общем, копия. Очередная. Распространяющая запах свежескошенной травы, на который лично Нэри реагировала неважно. Не любила сельскую романтику и пейзан на выгуле с косой, серпом и молотом.
Сейчас, где-то на заднем фоне, Белый Бриллиант гремел посудой. Разбивая ее, грязную, в хлам, чтобы не пачкаться, что ли? И витиевато материл вполголоса предшественника, который не убрал за собой...
Почему откармливают, уже подробно объяснили. Но зачем настолько сложные хороводы вокруг водят, нет. Не от повальной симпатии же. Для этого более красивые и приличные экземпляры за Гранью есть. С которыми бесы... заводят отношения. Спят с ними, ничуть не ущемляя волю, живут нормальной жизнью... не торопя...
- А почему рядом с вами мы долго не живем? – немного вопрос не по теме, ну, да пусть.
- Как сказал Легион, когда я был еще юношей: «Ночи нелюдей непозволительно коротки для глупого сна. Используй их с толком». Тогда я не понял, о чем он говорил. Осознал мудрость после третьей попытки. Спутниц приходится менять непозволительно часто, - посмурнел лицом. - Эх, помню, в прошлое пробуждение, у меня была своя ангелэсса… - пустившись в воспоминания, отвлекся от основной темы и ручками изобразил примерно слоновье вымя.