- Что празднуем? – и бережно протерла коллекционную бутылку варры.
Ого, какой в ней давний миллиард разлит! Из доисторической лозы! И тварь, давненько вымершая, «мотыляется» на дне. Кислятина, верно, редкостная. Ну, да ничего, роскошный уксус для маринада козявкам будет.
- Ты еще жива, раз. Сео-Фаврэ тоже, два. Еще повод нужен? Э, не открывай. Это подарок от всех нас. Откупорите вечером. Вот как солнце новое взойдет, так и устроите романтический ужин. Годовщина, как-никак.
Наивные, драгоценный юноша и его менее драгоценный вахтовый коллега – Аквамарин, умильно смотрели на ее застывшее лицо. Наверное, думали, от счастья внеземного. А Нэри просто считала. Правда, что ли год проскакал?
Все это время минералы сменяли друг друга бесконечным камнепадом в карауле ее смуглых коленок. Допустим, охраняя от неведомых болотных опасностей. А на деле болото от ее разрушительной шпионской деятельности.
О, да, она уже без стеснения допрашивала всех и каждого. Протоколировала показания. Отправляла нарочным бесом. Вот была немая сцена, когда Гагат явился на прием к Князьям с секретами стаи, изложенными телеграфным стилем на пергаменте длиной с... косу Никто-Ничто! Которая, даже срезанная почти под корень, отрастала за шестьдесят минут, к вящему раздражению Легиона.
Плохо, что до сих пор так толком не удалось ничего выяснить о Душе. В пору саморасчлениться, дабы убедиться точно, она – не Хозяйка!
- Надо же. Не врут, значит, с милым Небо и в Халупе, - слабо просипела, молясь, чтобы недостатки ее лицедейского таланта списали на шоково-аффективное состояние. – Ой-ей-ей, подарок-то Сео я не подготовила! – внутренне ликуя, что нашелся повод вырваться в город.
Ну, как город. Прибрежно-пограничное к Чистилищу селение, куда с недавнего времени категорично начала летать. Там и с Соправителями по телепатемеру легче было связаться – магическая проводимость доступнее. И разнообразные молочно-хлебобулочные продукты на чешую выменять можно. Чтобы разбавить мясо-рыбный стол, до сего, дополненный исключительно дикорастущими плодами и фруктами. И минимально приодеться. Хотя, привыкнув к всеобщему минимализму в трусах, боевая девушка довольствовалась самым микроскопическим бикини. А то и вовсе, по примеру Сео-Фаврэ, все чаще обходилась чешуей. Если вспоминала.
Бесы напряженно зависли. Пытаясь сообразить, что такое можно подарить Легиону? Без чего он, ну, никак на свою первую годовщину не обойдется? Трусы или футляр для... представим, горна?
- Девственницу! – экая Нэри выдумщица. Хочет освежить приевшиеся отношения.
Вопрос только в том, как могли приесться навыки инкуба, если он знает поз больше, чем лет в этой паршивой эре? Но сей горбатый знак, жирной сколиозной закорючкой, остался неозвученным. Потому что посторонняя девица – шикарный вариант для размножения. А лучше, если их будет две. Для верности.
И вот трое из Чистилища отправились в вояж за «подарком».
Совесть Нэри давно утопила в самом глубоком месте болота. Чтобы не мешала. Не то чтобы совсем. Притопила в омуте, до поры, до времени. Вдруг понадобиться. Запомнила лишь, где. И потому не очень переживала о судьбе этой самой невинной девы. Ее больше волновало, чтобы такая нашлась в данном захолустье, где много бравых «погранцов» и очень мало женихов.
Оставила двух нервных горгулий за невидимым барьером пространственного перехода с нижнего тропического уровня, на богатый благами цивилизации, высший. Вдохнула куда более сухой воздух Грани. Померила новый купальник. Убедилась, что в верхней части по-прежнему не особо нуждается. И только потом связалась с Княжеской несладкой парочкой.
Последнее вообще могла не делать. Только наслушалась гадостей в свой адрес, с оценкой расторопности в выполнении приказов. В общем, чуть не расстроилась. Спасло мороженное и большая (огромная!) плитка шоколада.
С тем и взялась, наконец, за поиски подходящей молодицы. Стремное дело в меленьком городке, где все друг друга знают, и посторонняя девица, как... свищ на лобной доле. В смысле, заметная. А еще добавьте сюда гарнизон задиристых защитников рубежей. В таком контексте красть девственницу под покровом ночного солнца равно смертному проклятию в снайперском исполнении. Опять.
И тут колесо Фортуны (дуры, между нами, редкостной, припадочной и невменяемой в своих предпочтениях) крутанулось раскоряченой фигурой «Рояля фирмы Бейкер из кустов» в ее сторону. Точнее, сперва раздался громкий, захлебывающийся рев. Той, к которой судьба не повернулась приличным местом.