- Знает? – и потрясенное осознание. – Знает, потому что ты сама его указала! Здорово же устроилась. Села на шею к горгулье, свесила ноги да еще ими и болтаешь!
Архангел вовсе не была такой паскудой, чтобы откровенно вытирать ноги о своего ручного монстра, но мысль архидемона ей пришлась по душе. Не потому, что – правда, а оттого, что маскарад удался!
- Это не сложно. Я всю свою темную жизнь, - и ведь не врет! Практически. - Использовала мужчин, использую и впредь собираюсь делать тоже самое, - вкрадчиво пояснила. – А каменное солнышко прекрасно понимает, что раз есть яйца, то его за них можно крутить в любую сторону. И будь он проклят, если ради меня не способен поступиться чем-то большим, чем идиотская гордость.
- Что-то не вижу результатов! - у него белая горячка или он наглотался «колес»? Если это не так, то Князь просто сумасшедший без каких-либо смягчающих обстоятельств. - Хотя, нет, с самой простой частью нашего плана ты справилась. Переспала с животным.
Ай, да Нэри, ай, да архангельская дочь! Папа бы удавился, если бы принципы ему позволяли. А мама... новое Мертвое море наплакала. Заставила ревновать Верховного архидемона! И к кому, если в районе нескольких болотных поворотов особей мужского пола не наблюдалось, кроме агрессивного алмазного вырожденца? Выходит, к Легиону. Который, несмотря на все рабочие половые признаки, воспринимался воительницей исключительно как вещь. Этакий образец косорукого украшения бамбукового зодчества. Абсолютно не отсвечивающий в своей экологической нише. Невероятно полезный в хозяйстве. И безопасный, как тостер в ванной. Так что Леонардо еще бы к глобусу приревновал! Или гробу.
А, вообще, Нэри так офигела от подобной темной неблагодарности, что только глазками пожелала архидемону самой страшной смерти, а вслух хрипло спросила:
- Ты, со своей вершины Грани, думаешь, все знаешь? - конкретно этот Соправитель (сопридурок!) еще убедится, что не знал истинного Ада, пока не стал травить девицу в вотчине кикимор.
- А что тут знать? Я даже с темной колокольни все вижу. И могу понять, почему ты понравилась этому... со страшным и безмозглым личиком, не обремененным заботами семейного типа. Красивым, допускаю, в палеозое. Или когда это чучело выползло на берег моря, шлепая ластами?
- В эоархее, - машинально поправила период на эру.
- Вот-вот. Может тогда и был ничего, но сейчас ты путаешься с ужасным, мерзким и уродливым стариком, - по нелестным эпитетам Темного Повелителя, Нэри поняла, что видит он Сео-Фаврэ не ожившей порно-звездой в отпуске! Хорошо, конечно, что в не боевой стати, а то страдать бы Князю энурезом до... до утки не добежать. Интереееесный эффект! - Странно только, что он, кажется, хочет, чтобы и я… - если за что Нэри и не любила мужиков, так это за их прямолинейную предсказуемость. – Сам не справляется?
Можно только представить, что он себе вообразил! Она-то подстраивала, играла словами. Крокодил тут был ей в помощь, и вдвоем они поставили все с ног на голову. Вот, начальствующий над Тьмой, нелюдь и не догадался, где закончилась грань игры фразами.
- Тебе до него не дорасти, но, конечно, он не против. С чего препятствовать? В стае нет гендерных предрассудков. И если бы ты не был такой язвой, то, выражаясь языком Сео-Фаврэ, возможно, я бы тебе «дала», - теперь точно стравила архидемона с бесом. Оставалось только сесть поудобнее и смотреть, как эти двое рвут друг другу глотки и писают кровавыми слезами.
- Значит, это от скуки? Чтобы «перепихнуться», когда приспичит?
- Леонардо, ты серьезно думаешь, что, припрись я сюда без защитных перепонок Легиона, горгульи со мной стали бы откровенничать? А учитывая, что вы сами меня подставили, - процедила сквозь зубы в триста там кокой-то раз. Являя непокорные, безумные и чужие глаза бесплотного, играющего духа. – Отправив в эту увеселительно-эротическую пешую прогулку за наиболее «шикарной» партией, ставшей кармой... это пошло и низко. Впрочем, я совсем не обижаюсь на этот твой тон. Он выдает бессилие. И страх.
Леонардо самоуверенно и надменно попытался фыркнуть. Темный Соправитель слышал, конечно, краем уха о ее подвигах в далекой теперь уже юности. И, наверное, в общих чертах представлял, что может вытворить расчетливая дрянь. У которой и ухо, и рог, и, на минутку, нимб, в довесок, все еще моргает. В такое болотное дерьмо затащит – не вынырнет! Но что бы бояться?
- Я не боюсь.
Ничего Нэри могла очень наглядно продемонстрировать, насколько нежелательно и небезопасно для собственного благополучия связываться с недоделанными и тяжеловесными архангелами... Которые «спят» с бесами.