Ворожея постаралась. Поколдовала на славу. Небесная посланница едва не лишилась своего чудесного голоска, пока орала. Благо в культурных выражениях. А вы бы не верещали, если бы на вас вылили ведро ледяной воды? Мало того, крики возобновились, когда обнаружилось, что одежды прилипли к телу и стали прозрачными. Князья жалостливо морщились. И уж совсем Рауна оглушила болотное пространство, когда на горизонте нарисовалось первобытное зло с кофейником.
Наверное, голый мужик должен чувствовать себя глупо в компании одетых гостей? Ну, так эти домыслы не про креативного хозяина дома. Хорор-мультик пусть и не прорисовывался перед незнакомцами в своем истинном облике, но, не спорьте, даже седой, был по-своему красив. Нет, охренительно красив. До впадения в беспамятство и безоговорочной капитуляции на всех эротически-жарких фронтах. Поэтому неудивительно, что пикантная экзотика носителя природного интеллекта, примитивного и бесхитростного, нечаянно оглушила своим непринужденным нудистским сиянием несчастную светлую.
- Ага, вот прямо счаз-з Сео-Фаврэ бросит все и побежит насиловать! Он, между прочим, еще кофе не сварил. Не понимаю, как ее такую слабонервную на работу взяли, если она как монашка… ничего ниже горла не видавшая?
Шаури глазами прогулялась только до пояса породистого бесовского жеребца и поставила зачет. Потом посмотрела в лицо и вычеркнула. Отбраковала психопата. Опытный психиатр.
Бес-пособник сверкнул непростыми дымчато-серыми, клубящимися как утренний туман над рекой, глазами. И с явным удовольствием снял с Рауны жадным взглядом легкое белое платьице «чехол на танк обыкновенный бегемотистого типа», силой мысли переодев в мягкую лакированную кожу. После чего спокойно отправился варить кофе. Но прежде интимно шепнул смуглянке так, что все услышали:
- Мордочкой кобылка не вышла. Не то, чтобы совсем «Герцогиня» Квентина Массейса. Но, как по мне, так реализм юной девы очень напоминает страхи поздней Валгаллы (там любят валькирий). А вот задница ничего, вполне для нижнего борделя сгодится. Как натешимся, - еще раз окинул шевелящееся телеса дородной бодибилдерши и отсалютовал приподнятым… настроением. Атлеты рулят.
- Учитывая, каких лахудр я обычно вытаскиваю из нашей койки, - зло пробулькала добрая крошка-архангел. – Эта спортсменка художественного поедания амброзии – эталон раскрасавицы. Будь добр, ручонки не тяни, – и в назидание, демонстративно шлепнула по татуированной ягодице. Прости, Грань, кажется, грешна. Потому что понравилось.
Чудо чудное изогнуло бровь треугольником немыслимой остроты и уже шептало в неслышимом диапазоне:
- Твое место во главе.
Ну, и что это должно означать? Нет, Нэри догадывалась, что не на карусели он ее зовет… Вот же наглый котяра!
- Мр-р-р, - отозвалось прямо над ухом... музыкой.
Ситуация, признаться, отдавала фарсом. И душок у нее был мерзкий. Ей-ей… Но если у мастодонта пополнение изнанки реальности, в целом, и его домика, в частности, вызвало недоумение: «Какого хрена, в самом деле, здесь происходит?» - то он, сатанея от своей причастности, не собирался ни подъезжать на кривой кобыле, ни подползать на брюхе, чтобы разобраться в этой жалкой в своем ничтожестве истории.
Не тот был случай.
Непереводимое.
- И, что за блажь с морским круизом?
Когда опоры ушли под воду, и хижина опустилась в воду, ангел взвизгнула, высокородный архидемон грязно выругался, а серафим (Нэри зуб давала… его зуб) решил, что тут его и похоронят. В смысле, в трясине, по уши в паразитических кровососущих организмах. И витиевато, не по-доброму, вспомнил чью-то близкую кровную родственницу. Возможно, даже Хозяйскую. Шаури рефлексировать было некогда. Она отпаивала особо слабонервных настойкой... чего-то. Чего конкретно, история умалчивала.
Вопреки всем опасениям, халупа с пассажирами тонуть не собиралась. Наоборот, из-под настила показались… нет, не курьи ножки. Не лыжи, и не мокроступы, а широкие деревянные лопастные приспособления. Они с тихим клекотом заработали, и плот с автопилотом за каких-то полчаса вырулил из лабиринта к устью. Более того, колесный пароход на магическо-механическом ходу не только не потерял плавучесть на большой воде, но и демонстрировал прекрасные скоростные качества, исправно бороздя океан.
- Красиво же, - рассеяно и без огонька отговорилась Нэри, скользя черными глазами по недвижимой из-за мертвого штиля, ослепительно зеркальной под солнцем, влаге. – Думается, опять же лучше.