А дева, которая сама себя любила не каждый день … оказалось особо морозостойкой перед их арктическим льдом. Как полярное сияние...
- Слышь, ты, реликтовое ископаемое, ну, надо. Очень. Боюсь, если не справлюсь с поиском Хозяйки, то на всей Грани Соправители не дадут житья. Для могилы места тоже не найдется.
- Не волнуйся, придет время, и это их тела никто никогда не отыщет, а ты еще подумаешь, простить и назад все оторванное пришить, или сжалиться и добить евнухов? - ох, же! Умеет утешить. Некоторым венценосным у него учиться и учиться… - В противном случае, Преисподняя в твоем распоряжении. Там всегда тепло и бесконечные перспективы угодий.
- Обещаю выдать развод по первому требованию в любом виде. Даже если руку с кольцом по шею придется отрубить. Тебе. Соглашайся, Злой Серый Волк, - настаивала буйная социопатка.
- Охотник и Бабушка в одном флаконе, - психопат Сео-Фаврэ оказался начитанным сказок отцом. - Ты же не думаешь, что я – Легион, потому что утром страдаю выборочной амнезией? Единившись единожды, ты станешь частью меня. До самой своей смерти. А она, клянусь, наступит совсем не так скоро, как тебе захочется, - пустые «у меня не все дома» глаза подотчетного лиха компромисс не предлагали. – Хотя, так или иначе, но я тебя съем, - только почему-то это зловеще обещание, сделать ее совсем своей, прозвучало признанием в любви.
- Размечтался, упырь.
- Ну, ты же жертва? – и Черный бриллиант улыбнулся с непосредственностью, не знающей границ. И только пепел его радужки оставался показателем его выгоревшего нутра, развеянного холодным ветром. – И я бы с удовольствием погрузил в твое горло зубы, если бы сперва не хотел погрузиться в тебя.
Рыжий вполне мог разбить все, что было хорошего, а потом прыгать на осколках, но если Нэри выживет в этой афере Соправителей, смертельного обаяния инкуба ей будет больше всего не хватать. И плевать, что он запросто снимает проституток за дикие деньги…
- Что?!? – споткнулся о ее мысли крокодил.
- Ох, не прибедняйся, Сео-Фаврэ.
- Предпочитаю грубую силу, - томно протянул с зовущим взглядом ужастик. - А платить за секс – гнусно.
- Ну, разумеется, насиловать благороднее! А еще напиваться до полосатых чертей, - об этом он тоже впервые слышал. Это если верить его каменным глазам. - И просаживать в бильярд свой зад, - ох, не стоило дразнить стопроцентного гетеросексуала! От него же нелегко убежать! Поймал (ж-ж-животное!). Это вам не архидемон. Из шести рук не вывернешься. - Ой-ёй-ёй, - силилась изобразить болевой синдром, когда с лукавым взглядом из-под ресниц он прикусил пальчики в клыкастом поцелуе. Ой, коленки задрожали, а жарко-то как! - Не просил, а туда же, цапать, - сопела, как стадо ежей, с боем вырывая руку.
Углеродное соединение, с женской точки зрения совершило довольно подлый маневр. Улыбаясь, посмотрело (чур!) совершенно влюбленными психоделическими глазами. От чего, сердце разразилось бурными овациями, хотя мозг твердил, что без курсов Станиславского здесь не обошлось.
- Тебя попроси, мигом коленкой отгребешь, - все-таки иметь в голове соседа, что слышит все твои мысли, даже те, в которых ты сама себе не признаешься, то еще удовольствие. Но какое же благолепие, когда о тебе вот так заботятся и неслышно опускают жалюзи, чтобы резкий свет не резал глаза, не мешал спать… - Отдыхай. Сегодня у тебя был тяжелый день, - полосатые, горящие, как черно-серые бриллианты, глаза выражали, что угодно, только не желание отдыхать. Счастье, что Легион был гораздо выдержаннее. Примерно, как айсберг Ледовито-Ядовитого океана. – Ненавидеть меня будешь завтра.
А ненавидеть его было за что... Ну, а пока не придумала, как это сделать, следовало подготовить горгулью к Единению. Как-то улучшить красу его неземную. И отнюдь не гирляндой на шее. А так, чтобы папа отделался не сильным инфарктом, а маму с сестрой можно было бы откачать. Заштопать трудовую паранджу, что ли..?