— И пожалуйста, следите, чтобы не уткнулся носом во что-нибудь, иначе задохнется.
— Спасибо вам большое, огромное спасибо! — женщина в благодарность обняла ветеринара и расплакалась.
— Мы тогда пойдем в регистратуру или как там у вас называется и оплатим, вы действительно замечательный ветеринар. Как нам и советовали вас… — он тепло улыбнулся и осторожно поднял Мортифора со стола.
— Кто советовал? — по коже пробежал холодок, но она постаралась его отогнать.
— Парень, Артём, он сказал вы хороший врач, потому мы к вам и приехали.
— Понятно, удачи вам и пусть мальчик поправляется, — Саша нежно погладила по голове собаку и проводила их к кассе.
Диму пришлось отпустить домой, а ещё выписать заявление на то, чтобы парня перевели в терапевтический отдел другой клиники. В хирургии ему делать было нечего, особенно если животное блевать начинает. За вечер было еще два пушистых пациента, только с незначительными травмами, отчего Саша конкретно заскучала. Весь день сидеть без дела и только пару раз сходить в питомник, проверить животных, которые здоровы и проверены до этого. Про Артема было слышать неприятно, особенно сейчас. Старалась забыть его, а тут вот такая облава… Он советовал его как хорошего ветеринара, вот только расстались тогда они очень громко и скандально. Обидно, до боли обидно от такого двуличного отношения. Но Максим другой, с ней ведет себя по-настоящему, а с другими надевает маску. Это означало только одно, он ей доверяет, любит и ценит её, лгунью и страшилу.
Максим приехал за ней как раз без десяти семь, когда рабочий день подошел к концу. Снова вернулся на своем байке, улыбчивый и шкодливый. Прошлый раз Саша двинула ему по жопе линейкой за то что он наполнил перчатку водой, завязал и метнул в прохожих. Хорошо ещё в ноги целился, а не в голову, ему видите ли повеселиться захотелось. В этот раз своим намётанным глазом высматривал очередные средства для шалости и кажется нашел… Когда она кашлянула, Максим повернулся к ней с хитрым и довольным выражением лица, даже и не поймешь почему так хитро улыбается…
— Макс. Ещё одна шалость, не смотри ты на эту резиновую грелку, все равно не позволю. Как день у тебя прошел?
— Нормально, я думаю уволиться с тату салона и найти другую работу и по специальности… — он задумчиво почесал затылок и вздохнул, работать плотником не хотел совершенно.
— Неплохая идея. А то там тебе ни стажа ничего, пенсия будет маленькой.
— Идея-то хорошая, только мой диплом потерял квалификацию, я так то пять лет по специальности после выпуска не работал.
— Что? — Саша возмущенно прикрикнула, но тут же успокоилась, взяв себя в руки, — как ты вообще до такого дотянул? Ты сразу в татушники пошел?
— Нет, в кафе барабанщиком, а потом только в татушники. Да не нравится мне плотником работать, я поступил потому что выбора больше не было, места то в других теханах заняты оказались, а я после девятого класса пошел.
— О господи, ладно. Поехали домой, а то я устала.
— Поехали.
Он ласково обнял Сашу и поцеловал в макушку, провожая до байка. Дома было тепло и уютно, прямо как раньше, когда он бежал со школы домой и мама была дома. Только сейчас роль заботливой мамы, выполняет заботливая и любимая девушка. Через три дня будет годовщина трёх месяцев отношений, крепких и классных. Что сделать ей в подарок он уже знал, но пугало то, что может отказать. Рукой проведя по своим немного отросшим коротеньким волосам, Макс вспомнил, как Саша расстроилась из-за того, что он отстриг дреды. Сейчас было легко ходить, не приходилось мучиться мыть их, сполоснулся и чист. Только как-то скучно от того, что этой тяжести больше нет и теперь черная лента завязана на запястье. Выкидывать её было жалко, и Саша тоже хотела оставить ленточку на память. На кухне девушка шумела, хлопала дверью шкафчика и что-то мыла, а значит скоро будет готова еда. Бартоломей сбежал к ней, наверняка надеется на упавшую вкусняшку.
В дверь кто-то настырно постучал, потом ещё и позвонил заодно, Максим крикнул что откроет и побежал к двери. Так приходил только Дима, сначала стучит и потом звонок терроризирует. На пороге он стоял со своей невестой Никой, которая увидев друга, кинулась обниматься. Единственным верным вариантом на взгляд мужчин, было отослать девушку к Саше на кухню, а самим поболтать наедине. Удобно расположившись на истертом и поцарапанном благодаря Бартоломею диване, Димы внезапно погрустнел. Уж слишком настораживало это виноватое и грустное лицо, будто бы хочет сказать плохую до ужаса новость. Макс положил локти на колени так, что кисти рук произвольно висели перед ним. Нервничая, он одну сжимал в кулак и разжимал, привычка с детства сохранилась, вдруг опасность, и ты смело можешь двинуть врагу. Только Дима не враг, но от привычки ни так просто избавиться.
— Максим, у меня к тебе такой разговор, я короче облажался.
— Так, что на этот раз? С кем-то подрался? Поссорился с Вероничкой-земляничкой? Начальству хаманул?
— Да нет, харэ гадать, бесит, знаешь ли! — он нервно махнул рукой в сторону Макса и посмотрел себе под ноги.
— Тогда что? Чем я могу тебе то помочь?
— Ты позавчера не появлялся в кафе, да и я работал в качестве официанта, то есть группа не играла. А в кафе завалились группа школьников подростков, там три парня было и девушка. Помню парень назвал рыжего Андреем, а этот Андрей называл девушку Наташей, остальных не запомнил. Я короче с дружками Андрея сцепился крепко, но пацан влез и остановил их так же, как и ты. Тебе это ничего не напоминает?
— О не-ет… Стоп! Из-за чего вы столкнулись?
— О чём речь, мальчики? — Саша выглянула с кухни, за ней стояла Ника.
— Смойся, женщина! — хором ответили Макс и Дима, потом ласково улыбнулись и махнули рукой.
Было обидно слышать подобное от любимого парня, но Вероника потом рассказала правду. Когда Макс часто засиживался и назревал серьёзный разговор с Димой, то они хором отвечали так. Как бы объясняя, что для женских ушей их разговор не предназначен и лучше реально смыться. Пришлось признать такую черту, вернее принять, ведь ещё не раз подобное случится. Но был плюс, можно с Вероникой о многом поболтать и посоветовать ей тоже многое. Пока они будут обсуждать свои глупости, парни разберутся со своими проблемами.
— Тебе сначала рассказать или сам скандал описать? Но вот что мне скажи, случаем не этого Андрея ты упомянул, когда слинял в какую-то больницу? — Дима натянуто улыбнулся, сжав губы.
— Причину вашей стычки и что вообще случилось. Да, этот тот самый сопляк, который проторчал месяц в коме…
— Я принес заказ к их столику, любезно улыбнулся и только собрался уйти, как русоволосый такой крепкого сложения громко и не стесняясь ляпнул «Подработка официанта самая позорная, даже Сём не суйся туда». При этом Андрей и Наташа умолчали, я так и не понял для чего он это сказал. Но ты же меня знаешь, оскорбления я не выношу ну и встрял на провокацию, говорю такой «А чё в этом позорного? У меня нет богатенького папочки и среди таких мразей как ты я верчусь как могу». Ну этот засранец мне и отвечает «Ты, мужик, чего встрял? Я тебе ничего не сделал, проваливай нахер отсюда. Был бы умнее нашел бы работу получше». А тут если честно меня так прорвало, я боюсь что меня уволят… Просто сказал ему «Такой пидорас мелкий как ты, ещё не узнавший жизни взрослого, будет советы раздавать? Да у тебя молоко на губах не обсохло, вот лишат родоки тебя карманных, научишься даже унитазы за другими мыть только чтобы деньжат заработать. А так сиди и губы в жопу засунь там им самое место».
— Как ты разговор весь запомнил? Ах да, точно, ты же всегда на слух отлично запоминал, я забыл. Ну, а дальше что?
— А дальше этот Андрей как хлопнет ладонью по столу и сдержанно так, зыркнув на всех скажет «Рты свои позатыкали, сопляки недоделанные. Особенно ты Влад, тебе вообще рот следует заклеить от греха подальше. А вы могли бы молча уйти и не обращать внимания». Ну я и ответил ему « Если бы тебя так оскорбили точно бы не умолчал» ну и ушел. А почему он мне тебя напомнил, так сопляками недоделанными ты называешь тех, кто стервозные ссоры устраивает, не замечал?
— Замечал. Меня друзья байкеры так называли часто и я привык, даже сам так говорил. Ну и встрял же ты приятель, не боись разберемся.
— Сяп друган, мой лучший братан! — Дима подставил руку чтобы отбить пять,
— К вашим услугам, клевый братан, — он отбил пять и рассмеялся.