И тут же жесткий кулак Глеба ударил в стол с такой силой, что от неожиданности я выронила поднос с яблоками, и они покатились обратно на траву, я вросла в землю от страха, потому что увидела перед собой опять страшные обезумевшие глаза Глеба.
– Сука, не смей упоминать об этом ублюдке. Не смей произносить его имя. Не смей даже в мыслях думать о нем. Я убью тебя даже за одну мысль о нем, ты поняла меня?– прорычал яростно Глеб, сжимая кулаки и готовый наброситься и растерзать меня на месте.
Его глаза затуманились, ноздри раздувались, челюсти сжимались с хрустом. Одно лишь мое слово приведет его в дикую неуправляемую ярость.
Я стояла, как вкопанная, боясь пошевельнуться. Только тихонько всхлипывала.
Бросилась бежать в лес за забор со всех ног. Добежала до реки, спустилась к небольшим воротам, распахнула их и бросилась дальше.
Пробежала я прилично вдоль реки, уже начала задыхаться от бега, обернулась, нет, за мной никто не гонится.
Остановилась, упала на колени и громко зарыдала. Мне было и страшно, и обидно. Этот человек хочет стереть мне память, лишить меня последних воспоминаний, у меня итак никого не осталось из родных, только брат и редкие воспоминания о нем.
Как мне теперь возвратиться назад, что он со мной сделает?
Я услышала треск веток в кустах, резко обернулась и окаменела от ужаса. Из гущи леса вышли двое мужчин, одетых в рыбацкие плащи. Я широко открытыми глазами смотрела на них, цепенея, и ноги как будто налились свинцом.
Я так хотела, чтобы кто-то проплывал по реке и помог мне, но эти двое не внушали доверия. Во-первых, странно, что мы не слышали шум мотора. Во-вторых, они выглядели как-то подозрительно. В руках одного острый предмет, напоминающий гарпун, у второго сетка. Они не улыбались, они скалились, как гиены, показывая свои гнилые зубы. Глаза горели дикой отвратительной похотью.
–Смотри-ка, какая лань к нам в руки прибежала, – загоготал один, худой с острым носом, все лицо покрыто бороздами от прыщей.
–Вот это куколка. Серый, нам с тобой сегодня везет, –похотливо прошелся глазами по моим ногам второй, здоровее первого, лысый, с раздутыми щеками.
–Кисуля, ты откуда такая? – мужчины подошли ближе и от них отчетливо почувствовался запах табака и алкоголя.
–Не подходите, – еле промолвила я.
Гопники мерзко загоготали.
–Кисуля, отсосешь, и сразу уйдём, проблем нет, – потирая грязные руки, произнес худой.
– Не подходите, я сказала. Нас тут много, – закричала я.
–Да-да, в этой глуши кроме медведей никого. И нас еще. А, ну и твои дохляки студенты.
Один, который лысый, скинул свой плащ, он мерзкий с толстым брюхом, на нем грязная сальная роба.
Схватил меня за волосы и силой потянул вниз, ставя на колени. Я закричала со всей силы и тут же получила сильный удар по щеке.
–Заткнись, шлюха, – прошипел толстый.
У меня от удара закружилась голова, в глазах потемнело. Второй подошел и ударил меня кулаком в солнечное сплетение, меня сложило пополам от боли.
–Вот так, чтобы не рыпалась, – довольно прохрипел он.
Мое тело обмякло, голова гудела, дикая боль сковала, из угла рта шла кровь. Ещё немного, и я потеряю сознание.
Один схватил меня за руки, поднял их вверх и всем своим весом придавил их. Руками схватил мою грудь. А второй стоял у моих ног и уже расстегивал ширинку, гогоча своим наполовину беззубым и гнилым ртом.
Я закричала из моих последних сил:
–Гле-е-е-е-еб!
Глава 8.
– Гле-е-еб!– закричала я и тут же получила удар кулаком по губам, от дикой боли всё поплыло перед глазами, во рту почувствовался привкус крови. Стало тяжело дышать, а сердце так громко застучало, что я не слышала, о чем говорят эти двое. Все тело окаменело от страха. Руки одного недоумка уже стаскивали с меня брюки. Он уже настроился на лёгкое удовлетворение своей похоти, глаза закатывал. И в ту же минуту вижу, как его глаза от ужаса расширяются.
– А-а-а-а-а-а,– кричит толстый, который навис надо мной, и улетает в сторону. Какая-то неведомая сила с легкостью отбросила его от меня.