Я останавливаю его руку.
– Глеб, я не буду играть в твои игры. Я не буду никогда любовницей. И ты можешь идти жениться или что ты там собрался делать. Но я не хочу больше тебя видеть, – сжимая кулаки до боли, еле сдерживая слезы,прокричала ему.
Он будто не слышит, для него мир остановился, смотрит на меня бешеными глазами. Прижимает всем телом к стене, чтобы я не думала дергаться. Приподнял меня за бедра и усадил на гримерный столик, вся косметика с грохотом полетела вниз на пол. Резко стаскивает с меня боди, оголяет грудь и яростно набрасывается на нее. Жадно сминаетртом сосок, кусает его, и прижимает горячий язык. А я громко стону, не в силах сопротивляться этому напору.
Он голоден, и это чувствуется. Он сильный, он властный, и это меня сводит с ума. Поочередно набрасывается на мои соски, руку запустил в промежность и вызывает у меня дикое безумное возбуждение, пальцами водит по клитору и одновременно вытягивает губами мой сосок. Я громко выдыхаю, не в силах контролировать себя. Второй рукой он расстегивает ширинку. Раздвигает шире мои ноги, подвигает ближе к себе и бесцеремонно резким властным движением входит в меня, я не успеваю даже подумать в какую пучину опять падаю.
Заталкивает свой твердый член на всю длину, заставляя меня прогнуться и закатить глаза в наслаждении. Он разрывает меня своим напором, с силой и бешеной страстью заставляет полностью раствориться в нем. Дышать вместе в ним, сладко стонать и улетать в другую реальность от сокрушительного оргазма. Глеб обильно кончает в меня, а я с жадностью поглощаю каждый его вздох и опьяневший взгляд.
– Зачем ты это делаешь, Глеб?
– Я не могу без тебя, я с ума схожу, девочка моя, – прошептал он.
– Ты оставил меня. Давай убирайся из моей жизни.
– Полин, ты слишком мне дорога, чтобы я подвергал тебя опасности. Давай я вызову тебе машину, и ты уедешь отсюда.
– Я сама могу себе вызвать машину. Ты мне противен, Глеб. Нашел себе перспективную невесту? То есть, её ты можешь подвергать опасности?
– Родная моя, секунду назад ты изгибалась подо мной, что-то я не почувствовал, что так противен, – ухмыльнулся он.– Ты не понимаешь. Это ты в опасности, через тебя могут отомстить мне. Тебе, как единственному дорогому для меня человеку могут сделать плохо, чтобы отомстить мне. Если тебя рядом не будет, мне мстить не будут тобой.
– Что ты такое говоришь? Я ничего не понимаю.
– Давай так: ты сейчас едешь домой как можно быстрее.
– Ага, иди проводи ночь со своей новоиспеченной будущей женой.
– Полин, ни о чем сейчас не думай. Всё будет хорошо. Да, и еще, чтобы с этими танцующими петухами я тебя не видел. – зло посмотрел на меня Глеб.
– Что? Тебе какое дело? А это не ты случайно сжег машину Макса?
– Пусть скажет спасибо, что не его самого за то, что прикасался к тебе.
– Ты совсем чокнулся? Ты что, думаешь, я буду сидеть и ждать тебя, пока твоя эта, эм-м, девица или кто она тебе, не наскучит? – моему возмущению нет предела.
– Так, всё, сейчас ты едешь домой, поговорим позже, – с жесткими нотами в голосе сквозь зубы прорычал Глеб.
Я сидела в такси, которое увозило меня домой, и размышляла. Что вообще это всё было? Это всё. Начиная от помолвки и разговора в гримерной. Я безумно злюсь на него за всё, и на себя тоже, что как только увидела его, сразу раздвинула ноги. Что я не в состоянии сдерживать себя при нем. Одновременно меня пожирала дикая ревность. Я гадала, кто эта девушка рядом с ним. Почему она его будущая жена? Как же больно внутри от этих мыслей, которые так сильно терзали изнутри.
Он сказал, что поговорит со мной на днях, замечательно. Теперь я точно добьюсь от него серьезного разговора и расставлю все точки. Пусть исчезнет из моей жизни, я не буду его любовницей, не буду его подстилкой.