– Конечно, не появишься, – засмеялась раскатисто Леся. – Ты что думаешь, покувыркалась с моим Глебом, и теперь можно вламываться в нашу жизнь. А-а-а-а, я помню тебя, сучка, это ты та танцулька, которая была на нашей с Глебом помолвке. Я запомнила тебя. Ты смотрела на него, как текущая сучка. А потом он исчез на долгое время, и тебя в зале не было. Вопрос – а не с тобой ли он был, шлюха? А-а-а?
Леся смотрела на меня дикими глазами, ее зрачки заволокла темная ярость и ревность. Мне показалось, что она сейчас способна на многое, и всё это можно было списать на состояние аффекта. Я решила хоть как-то ее остановить, может, это ее разжалобит, и она прекратит эти измывательства надо мной.
–Леся, милая, пожалуйста, послушай меня. Я никогда, слышишь, никогда не потревожу тебя больше, а Глеба тем более. Хочешь, я уеду из города? Я обещаю, что не появлюсь больше здесь и в вашей жизни. Не делай глупостей, отпусти меня сейчас. Ведь мне, как и тебе, нельзя волноваться, – слезно стала умолять я ее.
–Что? Что ты сказала?–Леся приблизилась ко мне максимально близко и смотрела в глаза с нескрываемым негодованием.
–Леся, я беременна. Ты же меня понимаешь. Отпусти меня и не бери грех на душу, – в этот момент мою щеку обжигает резкая пощечина.
–Дрянь, – кричит Леся и со всей силы дает мне вторую пощечину, от удара лопается капилляр, и из носа идет кровь.
Леся кричит и бьет меня со всей силы по щекам. –Дрянь, сука, мерзавка! Потаскуха! – не останавливается она.
От ужаса и боли я начинаю сползать, но веревки крепко держат меня.
Уплывающим сознанием вижу, как кто-то хватает Лесю за руку.
– Остановись, – слышу командный мужской голос.
В запутанном сознании я пытаюсь поднять глаза и посмотреть, что сейчас происходит, потому что голос мне до боли знаком, но я не хочу верить в то, что я слышу дальше.
–Ты перегибаешь, – грубо говорит мужчина.
Я поднимаю голову и заплывшими глазами вижу перед собой своего брата Николая. Он невозмутимо стоит передо мной.
Брат хотя бы должен был помочь мне, развязать, успокоить Лесю. Но он стоял отрешенно, и ему было абсолютно всё равно, что со мной происходит. Я смотрела на него в полном шоке, не понимая, почему он себя так ведет.
–Коля, Коля! Помоги мне, – закричала я.
Брат повернулся ко мне всё с тем же равнодушным взглядом.
– Сиди молча, – грубо ответил он.
Я смотрела на него широко открытыми глазами, не веря в происходящее, мой ли это брат. Одна ли мы кровь и плоть.
–Леся, дорогая, мы же договаривались без самодеятельности. Ты хочешь всё только испортить?– брат взял разъярённую Лесю за плечи и провел рукой по щеке. Леся закатила глаза и проворковала:
–Коленька, эта зверюшка неимоверно вывела меня из себя. Она еще успела залететь от моего Глеба. Тупая идиотка, что она себе возомнила.
–Леся, надо быть серьезнее, если хочешь добиться своего.
От бессилия и от непонимания, что это всё значит, мне хочется закрыть глаза и проснуться, потому что всё это дурной сон. Мой брат мило общается с девушкой, которая готова меня убить. Леся не отдает отчет своим действиям и словам, и Николай не спешит это прекратить.
–Коля, Коля, объясни, что происходит, – закричала я на весь амбар.
–Не ори, идиотка, – раздраженно повысил голос Николай. – Ты не послушалась меня, я тебя человеческим языком просил сделать так, как я тебе сказал. А ты что? Развела самодеятельность, в Мать Терезу решила поиграть. Спутала мне все карты. Значит, надо тебя устранить из игры. Волокиты с тобой много.
Леся с удовлетворенной ухмылкой смотрела на меня из за спины Николая.
–Думаешь, ты сестра мне?? Ха-ха, – громко раскатисто засмеялся Коля. – Нет, дорогуша. Ты подкидыш. Тебя мои... Мои родители решили приютить. Сердобольные, бля*ь, – сплюнул Николай.
–Что ты говоришь? Коля, очнись. – закричала я, задыхаясь от слез, и не веря всему тому, что сейчас говорит Николай.
–Что тебе еще непонятно? Из приюта тебя мать моя забрала, работала она там. Дочку себе решили завести, мало им сына было. Погибли они из-за тебя, поехали подарок на день рождение выбирать. Если бы не ты, если б тебя не было в нашей жизни, то и родители были бы сейчас живы. Нахуй ты мне нужна? Я тебя сплавил побыстрее в интернат, из квартиры выписал, уж явно тебе она не принадлежит. Ты для меня лишний балласт. Ты даже не смогла справиться с заданием, которое я тебе дал, – его слова убивают меня, его слова вонзаются в меня миллионами ножами в самое сердце.