Внутри Сюзи что-то взорвалось.
— Слушай, может, хватит мне потакать? — возмутилась она. — Весь день я вела себя как капризная сука, верно? Я это знаю, и ты тоже, поэтому твои разговоры о кофе только действуют мне на нервы. Вероятно, сегодня День Хорошего Отношения к Сюзи, а меня забыли об этом предупредить?
Если она выдержит, то сможет справиться с чем угодно. У Сюзи возникло ощущение, что в ее грудной клетке закипает скороварка. Она стояла упираясь руками в бока, ее пальцы впились в джинсы. Каждый мускул тела был напряжен, подобно сжатой пружине. Сюзи понимала: существовала большая опасность, что в любую минуту может раздаться — бэнг!
— Ладно, — согласился Лео, — если хочешь, пусть будет так. Сегодня День Хорошего Отношения к Сюзи.
— Ха! Неестественно Хорошего.
Он пожал плечами.
— Трудная задача.
— Но кто-то должен ее выполнить, а ты вытянул короткую соломинку? О, не повезло, — язвительно прокомментировала она.
— Я имел в виду, что тебе пришлось заниматься уборкой вещей. Разбираться в доме твоей матери. — Лео оставался спокойным. — Это эмоциональное потрясение. Естественно, ты расстроена.
Сюзи открыла рот, чтобы возразить, однако резко его закрыла.
Это действительно так! Вот причина, по которой она весь день ужасно себя чувствовала.
О нет, конечно нет, дело не в этом.
— Я не расстроена. Со мной все в порядке, — заявила Сюзи ледяным тоном. — С какой стати уборка вещей может являться эмоциональным потрясением? Боже, мы не были с ней слишком близки!
Ее голос звучал визгливо и неестественно. Какой стыд. Желая поскорее покинуть дом, Сюзи оглядела кухню в поисках ключей.
— Я задержался здесь, потому что Роджер кое-что нашел в саду, — сообщил Лео, — когда проверял качество почвы. Она была закопана вон там. — Он указал на окно кухни. — Под пионом.
Волосы как оранжевая «сахарная вата» и еще в сочетании с именем Роджер, подумала Сюзи, отвлекаясь на пару минут. Черт, разве можно быть таким неудачником?
Конечно, она сразу поняла, что нашел Роджер. До этого она не могла вспомнить, почему его копания в саду вызывали какое-то знакомое ощущение. Теперь на нее нахлынули воспоминания.
— Так что он откопал? — Сюзи говорила легкомысленным тоном, но ее сердце стучало, как гигантский молот. — Отрезанную руку? Спрятанные сокровища? Сине-золотую жестяную коробку из-под печенья с петухом на крышке?
Лео повернулся на стуле и достал сине-золотую коробку.
— Я не знал, что внутри, — объяснил он Сюзи, — поэтому заглянул внутрь.
Он протянул ей коробку, она ее взяла и осторожно поставила на стол. Почти вся грязь была уже смыта. Синяя и золотая краски поблекли, их частично съела ржавчина, но они были еще различимы.
Сюзи точно знала, что найдет внутри. Тонкий собачий ошейник и поводок. Пучок своих волос. Фотографии любимых поп-звезд, вырезанные из журналов. Ее собственные фотографии в возрасте десяти или одиннадцати лет — само собой, с ужасными короткими волосами и глазами на мокром месте. Несколько сломанных дешевых украшений. И последнее — и самое главное — дневник с изображением «Дюран Дюран» на пластиковой обложке.
— Не могу поверить, что он нашел коробку. — Сюзи с шумом опустилась на один из кухонных стульев, а на ее губах появилась слабая улыбка. — Ведь сад совсем не маленький. Из всех мест, куда он мог воткнуть свой шест, — она попыталась пошутить, — он выбрал именно это.
Конечно, улыбка Лео быстро исчезла.
— Почему ты ее закопала?
— Для будущих поколений. — Говоря это, Сюзи с трудом снимала плотно надетую крышку. Все было на месте, аккуратно уложенное в полиэтиленовые мешки, как она и помнила. — Думаю, я переняла откуда-то эту идею. Ты хоронишь «капсулу времени», и через сотни лет кто-нибудь приходит, находит ее и с интересом выясняет, какая была жизнь у угрюмых подростков в восьмидесятые годы двадцатого века.
— Слушай, я бы мог притвориться, что не открывал твой дневник, — проговорил Лео, — но я не стану. Я должен был выяснить, кому он принадлежит.
Сюзи дрожащими пальцами вынула его из пакета.
— Ты весь его прочел?
— Только первую страницу. Мне все стало понятно. Может, я приготовлю тебе кофе?
Сюзи была за много миль — и много лет — отсюда; она кивнула и открыла первую страницу, ту, которую уже прочел Лео.
Дневник Сюзи Кертис, 11 лет, дом Шелдрейк. Снейд-парк, Бристоль, Англия.
Январь. Не думаю, что мама меня любит. Она была здесь на Рождество, но на Святки опять уехала. В Гонконг, на две недели. Я скучаю и люблю ее, но я ей не нужна, иначе она бы не уехала.