Харри выглядел обиженным.
— Диван?
Чувствуя себя стервой. Сюзи объяснила:
— Это очень удобный диван. Достаточно длинный и широкий, славный и упругий…
— Дорогая, взгляни на меня. — Костяшками пальцев Харри постучал по гипсу на бедре. — Сломанная нога, сломанная рука, треснувшие ребра… Слушай, какие проблемы?
— Но…
— Нет, нет, нет, — возразил Харри, — не говори слова «нет». Слушай, у тебя двуспальная кровать, почему мы не можем спать там? Обещаю, я не стану делать никаких попыток… мы просто будем спать!
— Если бы я съедала «Керли-Верли» каждый раз, как я слышу эту старую песню, — заметила Сюзи, — я стала бы размером с Миллениум Доум.
— Я серьезно. Я пальцем тебя не трону.
— И эту песню тоже.
— Ладно, хорошо. — Харри издал страдальческий вздох. — Я буду спать на диване.
Они оба знали, что этого не будет. Совесть Сюзи этого не позволит. Харри достанется кровать, конечно, так и будет, а если она отказывалась спать вместе с ним… что ж, это ее проблема, раз она такая ханжа.
Не стоит гадать, кто где будет спать, устало подумала Сюзи.
До свидания, кровать.
Здравствуй, диван.
ГЛАВА 32
Мейв была в своей стихии — она ухаживала за Харри. Она восторгалась его блестящими темными кудрями и сияющими синими глазами. Она носила ему еду, которую с любовью готовила весь день. Она говорила Харри, как ему повезло, что он женится на Сюзи, даже если она знает о домашнем хозяйстве не больше свеклы.
А Харри, в свою очередь, безбожно льстил Мейв, заставлял ее смеяться и утверждал, что после «Гиннесса» она лучшее, что произвела Ирландия.
Удивительная пара, думала Сюзи, наблюдая их рядом. Нет, это ты удивительная. О нет, нет, я совсем не такая удивительная, как вы…
— Это безумие, — запротестовала Люсиль. когда обнаружила, что Сюзи пытается натянуть чистое белье на пуховое одеяло. — Это твоя квартира, ты не можешь спать на диване.
— Правда, мне будет удобно. Помоги мне с бельем. — Голос Сюзи стал еле слышен, потому что одеяло накрыло ее с головой.
— Ты должна лечь на мою кровать. Позволь мне спать на диване. Честно, я не против.
— Может, и так, но я против. — Сюзи была тронута предложением Люсиль; она вынырнула из-под одеяла с растрепанными волосами. — И вообще, это же не навсегда, верно? Только на три или четыре недели.
Когда они начали расправлять края одеяла, кто-то позвонил в дверь. Оставив Сюзи коленопреклоненной и ведущей неравную борьбу с пластмассовыми кнопками, Люсиль пошла открывать.
К своей радости, на ступеньках она обнаружила Лео.
— Ты передумала насчет пения? — спросил он без всякого вступления.
— Нет.
— Ладно. Я уволил сегодня одну из официанток, так что, если хочешь, можешь занять ее место. Начнешь завтра в полдень.
— Черт. — Светло-карие глаза Люсиль округлились. — Ты же не хозяин-чудовище. Вы открылись только в среду, как можно было уволить кого-то так быстро?
— Она использовала наше заведение как место для свиданий. — Тон Лео был резок. — Ей больше нравилось заигрывать с клиентами, чем работать официанткой. Так тебя интересует эта работа?
— Конечно. Завтра в полдень я буду там. — Люсиль отступила, чтобы пропустить Лео в дом. — Зайдешь повидаться с Харри?
Лео покачал головой.
— Не могу остаться. Э… как зовут парня, который передал тебе мою записку?
Люсиль непонимающе смотрела на него.
— Какой парень? И какая записка?
— Неважно, — сказал Лео. Небрежно прислонившись к дверному косяку, он засунул руки в карманы брюк и на секунду задумался. — Вообще-то я бы хотел перемолвиться парой слов с Сюзи, если она здесь.
Сюзи спустилась по лестнице, громко стуча каблуками, запыхавшаяся и только что одержавшая победу над пододеяльником.
— Привет, Люсиль сказала, что ты хотел меня видеть. Харри наверху.
— Я знаю. Он звонил мне днем.
Сюзи удивленно спросила:
— Что дальше? Ты не поднимешься и не поздороваешься с ним?
— Мне нужно вернуться в ресторан. Кстати, кто был тот парень, с которым я говорил утром?
— Не имею понятия. — Ничего не понимая, Сюзи продолжила: — Принц Эдвард? Элтон Джон?
Лео не улыбнулся; его рот даже не дрогнул.
— Он находился здесь, в твоей квартире, принимал душ и готовил себе завтрак. Чувствовал себя совсем как дома.
— О! — Наконец поняв в чем дело. Сюзи произнесла: — Ты имеешь в виду Мартина. Боже, я совсем забыла, что он был здесь…
Ее голос стих, когда до нее дошло, почему Лео допрашивает ее таким неподобающим тоном. О нет, конечно, нет, он не мог думать, что она думала, что он думал.