— О, у нас еще гости, — обреченно произнесла Марина, бросив усталый взгляд на вход. Мы только прислонились к барной стойке, чтобы немного отдохнуть. — Обслужишь, Ир?
Я тоже посмотрела в ту сторону и обомлела. В «Сирену» вошел Валентин Петрович. Выбрал дальний столик у окна и открыл меню. Сказать, что ли, ему, что лучше перекусить в другом месте? Еда здесь так себе, если честно, да и пиво прилично разбавляют. Впрочем, пусть денек помается несварением, зато больше не станет заглядывать в сомнительные забегаловки типа этой.
— Мариш, обслужи ты, а?.. — взмолилась я, позволяя идиотскому колпаку сплыть, теперь-то я оценила его достоинства. — Очень тебя прошу. Клянусь, любой следующий заказ мой.
— Так и быть, — вздохнула Марина. Отлепила от стойки пятую точку (садиться нам не разрешалось) и на заплетающихся ногах поплелась к дальнему столику. И только подойдя ближе и рассмотрев гостя, явно приободрилась: — Готов сделать заказ, красавчик? Могу порекомендовать рыбку в кляре и клюквенную настойку. Так сказать, для согрева. А после можно и к сладенькому перейти.
Я отвернулась и закатила глаза. Марина была старше меня на десяток лет, имела за плечами три неудачных брака, впрочем, не научивших ее ничему. Сейчас наша Рыжуля находилась в активном поиске нового мужчины и потенциального кандидата в мужья.
Вот только Валентин Петрович такому вниманию не обрадовался.
— Пусть меня обслужит другая официантка, — заявил он. — Вон та, что стоит у барной стойки.
Я едва не сползла на пол. Неужели узнал?
Глава 7
— Что желаете заказать? — осведомилась я деловитым тоном, стараясь не смотреть преподу в глаза.
— А что посоветуете?
Валентин Петрович как будто принял мою игру и сделал вид, что мы не знакомы. Вот и замечательно, сегодня я так устала, что была просто не в силах вынести серьезный разговор или упрек в том, что не зашла на кафедру.
— Посоветую небольшой японский ресторанчик напротив, — шепотом сообщила я.
Что ж, раз уж Валентин Петрович решил быть любезным, почему бы и мне не поступить так же?
Он усмехнулся, сверкнув белоснежной улыбкой. Я невольно залюбовалась, но тут мой взгляд натолкнулся на шарфик — мне его так и не вернули.
— Пожалуй, рискну остаться здесь, — сообщил Валентин Петрович и, вальяжно рассевшись на стуле, закинул руки за голову. Он рассматривал меня с видом голодного хищника. Не прикоснулся, но я почувствовала предательский жар во всем теле. — Принесите что-нибудь на ваше усмотрение.
Черкнув для порядка карандашом в блокноте, я удалилась на кухню. А спустя пятнадцать минут принесла фасолевый суп, мясные фрикадельки и рюмку вишневой настойки. Это было самое приемлемое из всего, что готовилось в «Сирене».
— Как насчет улыбки на десерт? — поинтересовался Валентин Петрович, не бросив даже взгляда на принесенную еду. Сделал вид, будто присмотрелся к моему бейджу и попросил: — Присядьте со мной, Ирина.
— Нам запрещено, — бойко заметила я. Хотя, посидеть пять минут и унять ноющую боль в усталых ногах было бы неплохо. — Последуют штрафы, а, возможно, и увольнение. Если вы больше ничего не хотите, я пойду.
Валентин взял меня за руку. Не схватил, а именно взял — мягко и осторожно.
— На самом деле я многого хочу, Комарова. Но ты ведь сейчас заявишь, что и это запрещено.
Я только кивнула и высвободилась из мягкого захвата. У меня и без того ноги подкашивались, а от близости Валентина вообще превращались в желе. А ведь мне еще как-то смену нужно закончить.
Валентин ел медленно, не торопясь, как будто пробовал воистину изысканное блюдо. По его лицу невозможно было определить, нравится ему блюдо или нет. Я откровенно надеялась на последнее. Во-первых, потому что искренне желала ему добра, а не отравиться несвежей рыбой. А во-вторых потому, что работать, когда он рядом, для меня казалось невозможным. Я постоянно отвлекалась.
Вот и сейчас едва не пропустила нападение на Марину.
Поддатые клиенты частенько пытались с нами заигрывать, иногда делали недвусмысленные предложения. Но обычно рук не распускали, особенно когда рядом маячил наш крутой на расправу охранник Артем. Вот только сегодня он приболел и не вышел на смену. Жадный до денег хозяин «Сирены» не стал нанимать другого и открыл кафе так — разумеется, не ему в крайнем случае придется самому отбиваться от нахалов.