– Не обращай внимания, – Дашка погладила меня по руке. – Он добивается того, чтобы ты сдалась. Разревелась, убежала. Слетела с катушек.
– Не дождется, – фыркнула я. – Я сильнее этого. Я буду делать вид, что меня нисколько не задевают его насмешки и оскорбления. Я сильная. Я выдержу.
– У тебя что-то на губе, – сказала Дашка.
Я облизала губы. Почувствовала соленый вкус и вытерла рукой губу – на ладони осталась красная полоска. Я прокусила губу до крови и даже не заметила этого.
Этой ночью мне снова приснились кролики в своих колыбельках. Я проснулась от собственного крика. Этот жуткий кошмар никогда меня не оставит. Как и Стас.
Всю неделю я ходила как привидение. С каким-то тупым равнодушием выслушивала очередные насмешки Стаса, никак не реагировала на любопытные взгляды и смешки за спиной.
В субботу был День учителя. День самоуправления. Обычно уроки проводили только ученики десятых и одиннадцатых классов, но в этом году почему-то включили и некоторых учеников из девятых. Нам с Дашкой поручили вести два урока: первый – биология в шестом «Г» и шестой – география в шестом «В».
– А я тебя знаю! – крикнул мне на первом уроке какой-то мальчик с задней парты. – Ты – Тамарка-давалка.
Я замерла.
– Очень смешно, – попыталась я отшутиться. – Глупо и совсем не в рифму.
– Так это и не я придумал, – удивленно ответил мне мальчик. – Это все так говорят. Я бы придумал пооригинальнее, но раз все так говорят, то и я стал говорить. А еще все говорят: у Тамарки Мицкевич лобковые вши!
Какая-то девочка напала на него:
– Дурак! Ты даже не знаешь, что это! Повторяешь, как попугай! Дашка шикнула на мальчишку так, что маленький наглец быстро заткнулся.
Я тяжело вздохнула – даже дети теперь говорят про меня гадости. Я удивленно посмотрела на Дашу.
– Лобковые вши? Что-то новенькое. Интересно, где же кроется источник?
– Найдем, – уверенно сказала подруга.
Вечер субботы прошел неважно. Приехали мама с дядей Костей, но обстановка была напряженной. Дед ушел к какому-то своему другу-охраннику на день рождения и пропал. Телефон не отвечал. Мы все были как на иголках – куда идти? Где искать?
В конце концов трубку он взял. С ним разговаривал дядя Костя. По их разговору я поняла, что дед в полном неадеквате и сам не знает, где он. Говорит, сидит на каких-то ступеньках. Ничего не понимает и не видит вокруг. И еще дед сказал, что ему мокро.
– Так, будем рассуждать логически, – дядя Костя включил ноутбук. – Примерно в каком районе он ходил на день рождения?
– Он у Михалыча был на даче, там частный поселок, – сказала бабушка, чуть не плача. – Но Михалыч сказал, он давно ушел. Ругалась на них, что ж они ему такси-то не вызвали? Они сказали, что пытались, но вы же знаете его… «Какое такси, еще деньги тратить! Сам, что ли, не дойду?» – и вот дошел. Куда? На какие ступеньки?
Бабушка махнула рукой.
– Так. Ну-ка все показали мне, где на карте этот частный поселок, – скомандовал дядя Костя.
Бабушка ткнула в монитор.
– Так… Рассуждаем дальше. Дед домой мог пойти двумя путями. Либо по дороге, либо через парк. Через парк проходит река, насколько я вижу по карте… а он мокрый. Либо описался, либо и правда залез в реку. Парк, судя по карте, длинный. Наверно, он в какой-то момент устал. Либо в парке, либо после. Что у нас тут дальше?
– В парке нет зданий со ступеньками. Но чуть дальше Дом культуры, – вспомнила я. – И там есть ступеньки.
– Элементарно, Ватсон! – дядя Костя поднял вверх палец. – Бегом в машину, пойдем искать.
Мы всей семьей забились в машину. Логика не подвела – дед сладко похрапывал на ступеньках Дома культуры. Он был мокрый и весь в тине – видно, прошел по реке. Мы загрузили его тушу в багажник.
Бабушка стала причитать: жалко в багажник!
– Я салон только что помыл! – заворчал дядя Костя. – Уделает мне все! А в багажнике комфортно и просторно. Там Томка знаешь сколько раз ездила?
Я кивнула. Багажник был просторным. И там было очень уютно. Вскоре мы доехали до дома, втащили деда в комнату, бабушка переодела его. Он немного оживился и протрезвел. Захотел пива. Бабушка стала на него орать. Он нахохлился, как воробей, и заворчал:
– Если мне не дадут пива, я залезу на стенку и буду там сидеть.
– Лезь хоть на потолок и живи там! Хоть отдохну от тебя! – ответила бабушка.
В конце концов все улеглись спать.
В воскресенье пошла с Дашкой гулять. Она захотела выпить. Мы купили «Редс» и пошли в ее двор на детскую площадку. Из Дашкиного подъезда вышла компания и направилась к нам. Она хорошо знала этих ребят, один из них ей даже нравился. Чуть позже подъехал какой-то парень на скутере. Все стали обсуждать его скутер, бензин и движок. Мне было скучно. Потом Дашка села на качели, ей нравилось качаться. Я бегала восьмеркой вокруг качелей, каждый раз уворачиваясь от них. Дашка качалась и визжала, думая, что вот-вот собьет меня. Но я обожала эту игру, мы придумали ее еще со Стасом, и носиться восьмеркой между движущимися качелями было здорово. Еще круче – когда качелей двое. Тогда игра становится сложнее, опаснее… и интереснее.