Но вот она пробралась сквозь заросли орешника и вышла на небольшую поляну с цветущими по кромке озера со стороны елей обильной кучкой. Юля снова вздохнула и вышла вперед. Подошла ближе к воде. Она огляделась. Вокруг пели птицы, играясь и перепрыгивая с ветки на ветку, перелетали с одного дерева на другой. «Как же здесь красиво!» — на вздохе проговорила девушка и снова достала из рукава свиристель. Прошла по кромке озера туда, где деревья росли ближе к воде, и, присев на ствол свалившегося толстого дуба, приподняла руки, поднесла свиристель к губам в желании снова сыграть любимую мелодию, но вдруг раздался храп где-то совсем рядом. Юля резко поднялась и огляделась. Чуть глубже в лес на изогнутом стволе березы спал мужчина, свесив одну ногу вниз, а вторую согнув в колене. Юля поморщилась, казалось, желая убежать, но ноги не желали слушать ее порывы уйти. А потому она медленно подошла к тому дереву и, стараясь не разбудить мужчину, принялась разглядывать его. Достаточно красивый, в самом расцвете лет и сил. Прямой нос, тонкие губы. Негустые брови в легкий изгиб и пушистые черные ресницы. Черные волосы слегка покрывала кое-где седина. Но это ее сейчас мало волновало. Сейчас она перевела взгляд ниже, на его шею, слегка выпирающий бугорком кадык. Распахнутая белая рубашка, края которой сползали ниже, оголяя гладкую, без единого волоска, подкаченную грудь. Прямые ноги. Всем ей он казался интересен сейчас, отчего и уходить не хотелось. Но вдруг он проснулся, открыл глаза как-то резко и неожиданно для нее. И Юля, вздрогнув, отошла на несколько шагов. «Прости, не хотела будить!» — проговорила она, опустив вниз глаза. Старалась не смотреть на мужчину, что, приподняв спину, смотрел на нее сонным взглядом.
«Это ты прости», — прошептал он, протерев сонные глаза ладонью и заправив волосы назад. — «Не думал, что кто-то еще приходит сюда». Его голос был негромким, но достаточно слышным и разборчивым. Голос, который Юле казался знакомым. Да и сам он. Его волосы, его торс. Казалось, она уже видела его раньше. — «Я гулял по берегу, присел отдохнуть, да задремал, видно». Он поднял на девушку глаза, которая, казалось, боялась поднять на него глаза. — «Играешь?» — спросил он, и девушка, подняв на него глаза, абсолютно не понимая, о чем он говорит, затрясла головой. — «У тебя в руках». Он протянул руку, указав пальцем на тростинку в её руках. — «Это же свиристель? Я правильно понимаю?» Девушка качнула головой как-то неуверенно. Казалось, она уже забыла, что именно за предмет держит в руках. — «Ну так что, играешь?»
«Да», — протянула она еще более неуверенно. — «Но не очень хорошо».
«Не важно», — ответил он и, усевшись поудобнее, облокотился спиной о изогнутый ствол берёзы, подогнув ногу в колене. «Сыграй. Я хочу послушать, как ты играешь».
«Я», — протянула девушка, снова дернувшись, сделав шаг вперед, но сразу же отступила обратно. — «Я не знаю. Я никогда не играла для кого-то. Ну, я играла при другом человеке, конечно. При подруге. Но вот так специально для кого-то — никогда». — казалось, её трясло при каждом слове сильнее и сильнее.
— «Так ты представь, что меня тут нет». — его голос стал громче, игривее.
— «Как это?» — сова протянула девушка, крепче сжимая свиристель в руках.
— «А вот как». Мужчина поднялся в берёзы, быстрым шагом подошел к девушке и, обняв её за плечи, развернул к себе спиной. Слегка прижавшись к ней своею грудью. «Вот так». Он слегка обвил ладонями её талию, совсем немного. «Представь, что ты тут одна», — прошептал он на ухо девушке. Провел ладонями от её талии выше по бокам, потом по рукам до локтей и, приподняв их выше, завел перед её лицом свиристель. «Вот. Теперь сделай глубокий вдох и попробуй сыграть». Он убрал руки от девушки и вернулся на прежнее место, приняв ту же позу. «Почувствуй, как ветер играет твоими волосами, как солнце греет лицо. Как плещется рыбки в прозрачной воде. Как птицы тебе подпевают. Я скроюсь за всем этим. Спрячусь от тебя. Меня нет. Есть только ты и этот берег».
Юля глубоко вдохнула воздух, закрыла глаза и заиграла свою любимую мелодию, но сбилась. Снова вдохнула воздух, пробурчала что-то себе под нос и снова заиграла. В этот раз у неё вышло лучше, и почти не сбиваясь, она сыграла полностью мелодию. «Надо же, получилось!» — Юля улыбнулась широкой улыбкой и, обернувшись, прижимая к груди свиристель, подошла к мужчине. Казалось, ждала, что он скажет о ее музыке. «Что скажешь?»