Человеческие смерти…они преследуют её, наступают на пятки, не отставая ни на шаг. Даже сейчас, просто встав на этом злополучном пешеходном переходе она стала свидетельницей столь страшной аварии. Она будто носила саму смерть на своих плечах, а та, в свою очередь, то и дело зацепляла случайных прохожих своей острой косой. Неужели она и правда притягивает подобное? Неосознанно…без всякого злого умысла?
Чем больше она старалась держаться подальше, тем больше людей погибало. Но разве могла она не убегать, прекрасно зная, сколько существ, привлеченных новой душой, словно магнитом, скопится в этом месте? Тогда у неё уже не будет выхода… Поэтому, как бы отвратительно это не выглядело, она просто вынуждена бежать.
Мельком взглянув на задыхающуюся девушку, при этом, совершенно случайно, встретившись с её остекленевшим взглядом, молящем о помощи, она побежала прочь от этого места.
Сила, живущая внутри неё была ей неподвластна. Она требовала жертв, крови, боли и отчаяния. Она хотела сожрать каждого, кто встретится на её пути. И кажется никто не мог помочь крохотной девчушке остановить этот кошмар. Бедняжка билась между двух огней и понимала, что вряд ли проживёт ещё хотя бы какое-то время. Если её не погубит собственная сила, это несомненно сделают странные люди, идущие по пятам. Но она так отчаянно жаждет жить…
- Кристи, - голос профессора раздался совсем рядом.
Распахнув глаза, волшебница непонимающе уставилась на учителя.
Её сердце бешено колотилось, появилась небольшая отдышка, словно она и правда бежала, губы пересохли, на лбу выступили капельки пота, от сильного чувства страха закладывало уши. Она видела ту девушку из своего сна, видела момент её смерти, но не так, как это происходило обычно, сейчас она будто смотрела на всё чьими-то глазами. И ощущала себя так, словно и правда пережила момент чьей-то жизни.
– Какая у тебя специализация? – слова преподавателя выводили девушку из оцепенения.
Этот вопрос был крайне неприятен для неё. Она опустила взгляд, желая спрятаться от нежеланной темы, но тут же позабыла обо всё, что происходило – с её сосудом творилось что-то странное, что-то, что заставило почти всю аудиторию столпиться возле её ряда.
Четыре небольших шарика не спеша крутились по кругу: оранжево красный разбрасывал в разные стороны искры; голубоватый то и дело ронял крохотные капли; черный, изредка осыпался; а последний – бледно серый лишь время от времени покрывался бело черными прожилками. Но это было не единственной странностью: стенки запатевшего сосуда покрылись трещинами; из образовавшегося на дне осадка вытягивался крохотный росток; сам шар словно светился изнутри; вообще происходило столько всего, что казалось, будто внутри этой маленькой склянки протекает своя, отдельная жизнь.
- Так какая у тебя специализация? – вновь повторил свой вопрос профессор.
Кристи подняла на него растерянный взгляд, затем вновь взглянула на сосуд.
- Кристи.
- Она… - еле слышно произнесла девушка, - она не определена…
Лицо преподавателя переменилось. Было сложно понять о чём конкретно он думает, но произошедшее явно очень его обеспокоило.
- Профессор Хорн, - вмешался кто-то из студентов, - что это значит?
Стремительно краснеющая от переизбытка внимания Кристи уставилась на учителя, ожидая ответа.
- Это круговорот стихий, - наконец произнёс он, – и то, что получается в результате их смешивания, - профессор посмотрел прямо в глаза волшебнице. – Это значит, что тебе в равной степени подвластны все четыре.
Это событие стало новостью дня, практически полностью затмив историю про труп. Второкурсница с неопределённой специализацией оказалась единственной обладательницей всех четырёх стихий на всю академию. Теперь на неё смотрели, показывали пальцем, шептались за спиной. И это было по настоящему ужасно, ведь порождаемые толпой слухи были самыми разными. Она оказалась и опасной тёмной волшебницей; и крутой ученицей с новыми возможностями; и девчонкой, переборщившей с запретными заклинаниями; и обманщицей; и даже главной выпендрёжницей Даркволда.
- Ну и шумиху ты подняла, - Даяна мило улыбалась всем проходящим мимо любопытствующим, время от времени попивая кефир из большой белой бутылки. – А ведь кто бы мог подумать, что девочка с единичками в списке предрасположенностей, окажется такой способной ученицей.