- Прошло уже столько времени, а ты всё так же далеко.
Поднявшись с кровати, Лили подошла к зеркалу и протянула руку, касаясь холодной поверхности. Всё те же смешанные чувства, всё те же переживания, но уже не так страшно смотреть в глаза.
- Давай уже станем одним целым, ладно? Может так нам будет легче? Хотя бы чуть-чуть? – Лили рассмеялась. - Боже, я разговариваю с собственным отражением - это сумасшествие. Но, мне же уже нечего терять, верно? Мой самый родной человек и одновременно самый злейший враг - это я сама.
Это причиняло девушке боль, но, кажется, другого выхода у неё попросту не было. Больше всего на свете она желала обнять ту, что видела в зеркале, ведь только она понимала всё то, что испытывала и переживала Лили.
***
- Вы же говорили, что с ней всё нормально, - маленькая, старая женщина в длинном тёмно-зелёном платье нервно теребила носовой платок в своих маленьких морщинистых ручках.
- Так и есть, - неуверенно произнёс высокий мужчина в деловом костюме, больше похожий на солидного бизнесмена, чем на врача. - Простите, я и сам не могу понять, что вдруг стало причиной потери памяти. Возможно – шок, какая-то психологическая травма, может даже физическая. Пока мы не узнаем, что с ней произошло - не сможем точно ответить на этот вопрос. Но даже тогда я не смогу сказать – вернутся ли к ней воспоминания, или же она утратила их навсегда. Кажется, нам остаётся только лишь ждать.
Не обращая внимания на говоривших между собой людей, Лили продолжала смотреть на незнакомку, не желая признавать, что это её собственное отражение. Ощущение того, что она просто сходит с ума не желало покидать её ни на секунду. Это не укладывалось у неё в голове - как можно забыть себя? Как вдруг всё может стать белым чистым листом? Как можно смотреть на себя и видеть абсолютного чужого человека? Но…как тогда должна выглядеть она настоящая?
Прикрыв глаза, девушка задрожала всем телом. Пусть ей и страшно, пусть всё это кажется глупостью и несмешной шуткой, но она отдавала себе отчет, что и правда не может откопать в своей голове хоть какое-нибудь короткое воспоминание. Неужели именно поэтому она ощущала такую опустошённость? Хотя, что ещё она могла ощущать?
- Госпожа, - на плечо легла тёплая рука, - как вы себя чувствуете?
Лили перевела взгляд на отражение женщины, чей голос звучал с такой заботой, что становилось больно. Она казалась ей не просто расстроенной - покрасневшие глаза, из которых текли крупные слёзы, говорили о чём-то гораздо большем, чем просто печаль.
«Что я могу ощущать? Нет, не так...Почему я больше ничего не ощущаю? В моей голове и в моём сердце совершенно пусто, я веду себя так, словно позабыла только лишь о каком-то пустяке. Это неправильно. Я позабыла абсолютно всё...не должно ли это вызвать какие-то более бурные эмоции?» - думала Лили.
- Что со мной произошло?
Даже голос казался каким-то чужим. Всё, что было вокруг, казалось не просто не знакомым, всё казалось не принадлежащим ей. Не хотелось даже смотреть на то, что находится рядом. Такое чувство, словно она украла чужое тело и чужую жизнь.
- Вас нашли за стеной.., - начал было мужчина, но Лили уже становилось непонятно.
- За стеной?
Этот вопрос заставил растеряться даже его. Задумчиво почесав затылок и, тяжело вздохнув, он отрицательно помотал головой.
- Лили, давайте не будем пока об этом.
Ничего не ответив, девушка вновь посмотрела на своё отражение.
Кажется, ей больше ничего не оставалось, кроме как смириться. Смириться с тем, что её прошлое, возможно, безвозвратно исчезло. С тем, что этот человек в зеркале - это она. С тем, что окружающие вещи - её. С тем, что придётся учиться жить заново, ведь теперь ей многое придётся узнать и попытаться понять. Но, наверное, самое главное, что ей просто необходимо снова научиться чувствовать и доверять самой себе, чтобы не ощущать эту болезненную пустоту в своём сердце.
ШЕСТНАДЦАТЬ
Утреннюю тишину нарушил оглушительный звон будильника, за что, впоследствии и был наказан, превратившись в кучу ненужных запчастей, врезавшись в противоположную стену.